Проблемы человековедения, 1997

ный. Он видел космос, себя, окружающий мир, но адаптировать- ся к конкретным условиям планеты он не мог. Вот почему наши далекие предки вынуждены были перекодировать солитоно- голографический процесс интеллекта в семантические поля. В * понимание этой перекодировки сегодня, мы считаем, необходимо внести соответствующую коррекцию. Если отдельные способности в пространстве Козырева или пространстве Эйнштейна-Минков- ского могли быть заменены на определенные звуковые, двига- тельные, изобразительные, цветовые или объемные символы, то под каждым символом, как справедливо считает Налимов, суще- ствует большое количество семантических ключей. Однако мы иначе представляем процесс, через который про- ходит солитоно-голографический мир до семантического терми- на, звука, энграммы. Несомненно, что когда эта энграмма преоб- разуется в символических вариантах, то время, то есть причинно- следственная связь взаимодействия и субъективных, и объектив- ных факторов на Земле, в жизни человека, в объективном мире остается по-прежнему феноменом солитоно-голографического процесса. Когда человек, например, описывает жилище в виде тепла и уюта, свое действие как бег, погоню или спасение, ору- дия труда в виде палки, камня или пращи, то, наполняя симво- лами сами феномены, он вынужден накладывать их на простран- ственно-временную солитоно-голографическую основу. И вот, по- ступая таким образом, он здесь как бы подменяет семантически- ми, казалось бы очевидными, формулами этот неизвестный поле- вой солитоно-голографический мир. Значит, вся классическая грамматика должна быть расчлене- на на словесные семантические поля как отдельные фрагменты нашего вербального мира и на солитоно-голографические времен- ные потоки. В них эти фрагменты, или блоки, оставаясь по свое- 245