Фелькнер И., Астрономия для любознательных людей. 1892

— 582 — ныхъ радіусами-векторами движущихся молекулъ въ проек­ ціи на какую нибудь одну площадь, будетъ всегда равна нулю, ибо положительныя величины ихъ съ одной стороны площади, уничтожатся равными и отрицательными съ другой. Кантъ вообразилъ, вопреки упомянутаго закона, что если онъ возьметъ хаосъ въ видѣ далее безформенной массы, въ которой есть центръ притяженія, то одного этого уже достаточно, чтобъ привести его во вращательное ускоряю­ щееся движеніе и объяснить образованіе солнечной системы. Кромѣ того, увлекаясь открытіемъ Ньютона, Кантъ не иначе представляетъ себѣ хаосъ, какъ туманность пыле­ образную, гдѣ частицы самостоятельны и движутся по за­ конамъ Кеплера. Лапласъ, напротивъ отлично зналъ небесную механику и для исправленія ошибки Канта, устранилъ вовсе понятіе о первичномъ хаосѣ, замѣнивъ его солнечною атмосферою, простирающеюся далеко за предѣлы Нептуна и обладающею тѣмъ не менѣе всѣми свойствами обыкновенной атмосферы, то-есть правильною формою сжатаго сфероида, по причинѣ присущаго ей вращенія около оси отъ вѣка вѣковъ. Руководящая идея Лапласа, отъ начала до конца его гипотезы, есть вращеніе всѣхъ небесныхъ тѣлъ солнечной системы, то-есть и самого солнца, и планетъ, и ихъ спут­ никовъ въ одну сторону, съ запада на востокъ, какъ вер­ тѣлась сама асмосферовидная туманность. Подъ впечатлѣніемъ этой идеи онъ не допускаетъ за­ рожденія кометъ въ сферѣ солнечной системы, ибо своими разнообразными движеніями онѣ вносятъ дисгармонію въ его такъ математически правильно задуманный планъ. И ему съ удовольствіемъ повѣрили, ибо общее движеніе всѣхъ звѣздъ вообще и нашего солнца къ созвѣздію Геркулеса, тогда еще не было извѣстно. Теперь противники происхож­ денія кометъ внѣ нашей системы, каковъ, напримѣръ, г. Фай, относятся къ этому вопросу насмѣшливо. Если, говорятъ они, наше солнце способно притягивать изъ междузвѣздныхъ пространствъ кометы и онѣ на него падаютъ, то почему же звѣзды не падаютъ другъ на друга? Кометы потому только и способны огибать по време­ намъ наше солнце, что одушевлены съ нимъ математически тождественнымъ стремленіемъ къ созвѣздію Геркулеса, кото­ раго кометы другихъ міровъ не имѣютъ. Короче сказать, разъ комета обогнула солнце, она уже принадлежитъ его системѣ и будетъ принадлежать вѣчно, если случайно какая нибудь крупная планета, на пути лежащая, не искривитъ ея орбиту въ гиперболическую или параболическую и не