Писатели о себе. Новосибирск. Омск. Томск.-1973

и химией. И одно д р у гом у ни сколько не мешало'. И поэзия, и интегралы, и события, протекающ ие в химичес­ кой реторте , представлялись мне в равной степени таинственными и прекрасными . К этому прибавлялось еще увлече­ ние кни гами . Взяв в р у ки .том Л. Тол­ стого или Д остоевско го , я уж е не м о г оторваться от него. Часто читал ночи напролет и на рассвете, погасив вы­ горе вш ую керо сино вую лампу, шел в ш колу , не приготовив ни одно го уро ка . Кр ом е этого , настоящей страстью было кино . «Чапаева», «Юность М а к ­ сима», «Мы из Кронштадта», «Цирк», «Новые времена», «Огни большого города» , «Петер» мы знали наизусть и могли пересказать кадр за кадром . Но кино стоило денег, а их-то у нас зачастую и не было. Тогда мы с д р у ­ гом несли в букинистический магазин кни ги , только Чтобы не пропустить давно ожидаемый «боевик». И все-таки писательскую судьбу м ою определила, д олж но быть, д р у ж ­ ба с А ле ксеем Бабуш киным и встре­ ча с е го отцом — первым настоящим писателем, ко то р о го я узнал близко . Впервые пришел я к Бабушкиным летом 1931 года. Жили они на Ленин­ ской улице , почти против редакции «Саратовских известий». Пришел взять кни ги , а потом стал бывать часто. И всякий раз меня пленяла у них атмосфера глубо кой духовной ж изни , ко торая пронизывала все. Кни­ ги на стеллажах, большой портрет Некрасова , кабинет отца — Виктора Ф едоровича , его письменный стол, коралловая чернильница, перламутро ­ вая ручка . Эта руч ка невольно притягивала май взгляд. Я смотрел на нее и д ум ал , что именно ею написаны толстые р у ­ кописи , лежащие на столе. Я заворог ж енно разглядывал и х— процесс- превращения ж изненны х впечатлений в эти большие листы, испещренные быстрым энергичным почер ком , а за­ тем этих листов в кни ги , представлял­ ся мне волшебным . Над кроватью висеЛ ( р уж ь я и скрипка . В ящике письменного сто­ ла, рядом с пачкой хорош е го табака, лежал тяжелый синий браунин г — па­ мять о революции и гражданской войне: я знал, что Виктор Ф е д о р о ­ вич — революционер , старый боль­ шевик с дореволю ционным стажем партийной работы. Я брал у Алексея кни ги , мы вместе готовили уро ки , вместе пробовали ' писать и тайком посылали свои рас­ сказы в журналы . С Ви ктором Ф е д о р о ­ вичем говорить мне приходилось редко . Был я тогда ч ре зм ерно за­ стенчив, и ко гда он обращался ко мне, я краснел , отвечал однослож но и ста­ рался поскорее увильнуть от беседы. Но слушать е го я готов был с кол ь ко угодно . Досиживая иногда до ужина, я попадал со всею семьей за стол. За стаканом чая начиналась общ ая беседа. Только вначале общая, затем вниманием овладевал Виктор Ф е д о р о ­ вич, Рассказчик он был замечатель­ ный. За его плечами лежала богатая событиями жизнь , и глазом худож ни ка он умел подметить в ней самое инте­ ресное. Боясь пропустить хоть слово, мы с Але ксеем слушали е го рассказы о работе большевиков в Саратове, об их борьбе с эсерами и меньшеви­ ками. Рассказы эти делали для нас, маль­ чишек, револю цию живой , осязаемой ,. ч