Писатели о себе. Новосибирск. Омск. Томск.-1973

образование. И, ка к всякий будущий писатель, он все время ищет себя, свое подлинное призвание, мучается и мечется, пробует писать в разных жанрах, ушибаясь и ошибаясь на м но ­ готрудном пути литературных поис­ ков. Стихи, проза и т. д. (пусть не для печати — для себя) — через все это обычно проходит он, прежде чем убедиться, что его призвание — лите- ратурно -художественная критика . Очевидно, подобно го рода об с то ­ ятельства и породили расхожее м е ­ щ анское представление о крити ке как о неудавшемся писателе (поэте, про ­ заике и т. д.). Пример В. Г. Белинско­ го, который в начале своего творче ­ ско го пути написал неудачную драм у «Дмитрий Калинин», а потом «вдруг» стал великим крити ком , должен бы, кажется, изрядно поколебать досужие домыслы скептиков и недоброжелате ­ лей литературно -критическо го жанра. Ан, нет! Цепок, бытует еще этот пред ­ рассудок даже у некоторых , более или менее интеллигентных, товарищей ! Их не проймешь тем, что мно гие из ­ вестные прозаики и поэты были в то же время замечательными критиками . Но есть ведь немало примеров и нес­ коль ко иного порядка : ко гда в прозу или поэзию писатели приходили из крити ки . Г. Владимов, автор романов «Большая руда» и «Три минуты м ол ­ чания», значительное время занимал­ ся литературной крити кой . Ныне актив­ но действующие советские крити ки Л. Якименко , И. Золотусский , В. Гусев выступили с интересными прозаичес­ кими вещами. Нет нужды доказывать и по д кре п ­ лять примерами , что литературный кри ти к должен обладать не только вы­ сокоразвитым художественным в ку ­ сом и чутьем, «инстинктом пре крас ­ ного» (И. С. Тургенев), но и являть со­ бою своеобразный симбиоз худож ни ­ ка и ученого , познавшего, ка к говорил П. Л. Драверт, «счастье огневых при­ косновений открывающейся тайны» в самых различных сферах творческой деятельности человека... О себе. В школе, в старших классах, у ме ­ ня были две привязанности — литера­ тура и математика. Да, и математика, ко то р ую я ко дню се годняшнему осно ­ вательно забыл. А ведь двадцать лет назад ш кольный учитель математики серьезно советовал мне поступать на физмат или мехмат. Но вот беда: ме ­ ня интересовала «чистая» математика, в физике или механике я чувствовал себя полнейшим профаном . Как бы то ни было, литература взяла верх, и филологический факультет М ос ко в ­ с ко го университета стал, выражаясь вы соким штилем, моей a ima m a te r. На филфаке существует несколько отделений : р у сс ко го языка и литера­ туры , славянской ф и лол о гии , рома ­ но -германской филологии и т. д. Я — полусознательно, полуинтуитивно — избрал (и не ж алею !) отделение клас­ сической филологии, где — наряду с ш иро ким общим ф илологическим об ­ разованием — преимущественное вни­ мание уделяется литературе античной, языкам д ре вне греческом у и латинс­ ком у , чтению в подлиннике Гомера, Эсхила, Эврипида, Аристофана, Верги­ лия, Тацита, Цицерона и дру гих д рев ­ них авторов. Иностранные (особенно — древние) языки, если ими не заниматься систе­ матически, забываются быстро. Т а к - ^