Дедов ПП_Русская доля

будущем, о настоящем творчестве, а, главное, молодые и потому счастливые. Ах, какое веселое было времечко! Когда перезнакомились между собою, то оказалось, что есть среди нас и прозаики, и поэты, и дра­ матурги, и даже критики, - плох тот журналист, который не мечта­ ет стать писателем! И как водится среди пишущих людей, сразу же организовали литературный кружок; собирались вечерами, читали свои опусы, спорили до хрипоты и до поздней ночи, даже пытались выпускать что-то наподобие рукописного альманаха. Руководил кружком кто-то из поэтов, забыл его фамилию, помню только, что человек то был шумный, громогласный, и потому наши сборища походили часто на митинги. Так вот, официально-то был выбран этот шумный поэт, однако душою кружка, его вдохнови­ телем и, если можно так сказать, его совестью сразу же стал Саша Вампилов. И это было несколько странно, потому что Саша среди нас, кажется, был самый молодой и самый-самый незаметный, ну, тихий и застенчивый, что ли. Помню, какие страсти бушевали на том литкружке: ораторы кричали криком, махали кулаками, перебивали друг друга, даже вскакивали на стол, а Саша, как обычно, сидел в своем уголке и наблюдал оттуда, казалось, беспристрастно, с какой-то даже дре­ мотной вялостью на бледном неулыбчивом лице. Но стоило ему заговорить своим тихим, без выражения, голосом, как сразу все замолкали и оборачивались в его угол. Я ничего не преувеличиваю, мои однокашники по ЦКШ мо­ гут всё подтвердить, и когда сейчас думаю, отчего это так про­ исходило, то не нахожу ответа: уж не ахти какие умные или, там, всеисчерпывающие суждения были у Саши Вампилова, и не так прямо сразу зарекомендовал он себя неким «властителем дум», а вот поди ж ты. Я и после наблюдал в жизни подобные явления: непонятное, вроде бы ничем не объяснимое влияние, даже власть отдельного человека над другими. Сам я в то время тайком пописывал басни, мне казалось, что это у меня неплохо получается, - я даже решил прочитать их на одном из заседаний кружка. Но ожидаемого смеха в смешных на