Дедов ПП_Русская доля

Потом они стали приходить в школу каждую неделю, но в класс больше не заходили, а ожидали в коридоре перемены, и мы отда­ вали им все, что удавалось принести из дома. Они уже не съеда­ ли наши жалкие подачки, сухари и вареные картофелины тут же складывали в сумку и уносили с собой. - Там есть еще ребятишки, - объясняли они и показывали в сторону своего жилища. Они хорошо говорили по-русски, рассказали, что у себя на ро­ дине ходили в русскую школу. Мне кажется, вначале мы не питали к ним никаких других чувств, кроме простой человеческой жалости. Но постепенно от­ чуждение стало проходить. Да, может, и впрямь предатели, - рас­ суждали мы, - но взрослые, а не эти же мальчишки. Дети вообще сближаются между собой быстрее и понимают друг друга лучше, чем их родители. Но странное дело: сами ре­ бята говорили о своих сородичах всегда плохо и даже не хотели называться своими калмыцкими именами. Один назвался Колею, другой - Васей. Ну, мы их так и стали звать. Коля был постарше и покрепче, а Вася - одна тень, а не чело­ век. Идет, идет, и упадет, споткнувшись на ровном месте. Однажды Ванька Гайдабура начал уговаривать нас посетить жи­ лище калмыков. Признаться, мы еще немножко робели, да и Коля с Васей, когда узнали, не проявили особого гостеприимства: - У нас шибко плохо, - сказал Коля. - Шибко-шибко плохо, - эхом повторил Вася. Но Ванька все-таки уговорил, и человек пять пацанов из наше­ го класса решились. То, что мы увидели в бывшем свинарнике, ошеломило даже нас, успевших и горя хлебнуть, и наглядеться всякого. Я и теперь не могу об этом вспоминать без душевного содрогания. Представьте большое помещение с низким потолком и крохот­ ными окошками. Даже днем полумрак, чадят едким дымом две растрескавшиеся глинобитные печки, которые почти не дают теп­ ла, поскольку слеплены как попало, без всяких там «колодцев» и «колен», - дым вместе с теплом выходят напрямую. Холодно,