Макаров А. Ф., Родимая глушь - 2014

довал мой выстрел. Через пять минут зашевелился еще один рябчик и был убит вторым выстрелом. Голос самки можно передать примерно так: «Ти-уу-ти, ти-уу-ти», в то время как голос петушка звучит: как «Тии-тии-тиу-ти». Брат сказал: — Так можно перебить весь выводок, но нам хватит на ужин и надо оставить их на расплод. Еще молодым я сплавлялся по реке Бурея в одиночку и решил один день посвятить охоте в северной тайге. В таких местах мне еще не приходилось убивать птиц. Более крупно­ го зверя стрелять я не буду — не нужен он мне, а для удов­ летворения самолюбия не стоит. Совет брата не убивать ради прихоти запомнился крепко. В долине маленькой речушки я спугнул выводок рябчиков, и через полчаса четыре птицы были уже в рюкзаке. Питаться одной рыбой мне надоело, и мясо птицы было кстати. Вечером я без всяких изысков отварил рябков в котелке и съел вечером и утром по одной птичке. Мясо у него белое, как у курицы. Две тушки положил в котелок и взял с собой. В обед разогрел на углях в сливочном масле одного рябка и съел, не заметив, как. Разогрел второго и тоже съел, а после долго искал в рюкзаке еще одного рябчика. Потом понял, что съел обеих птиц и не заметил как, настолько они оказались вкусными. Дикуша мне ни разу не попадалась, и писать о ней не буду. В Западной Сибири обитает еще один вид отряда кури­ ных — большая белая куропатка. В дни моего детства коли­ чество белых куропаток в наших лесах было значительным. Охотой с ружьем за ними почти не занимались, разве только попутно попадется под выстрел. Но, тем не менее, их добы­ вали как для себя, так и на сдачу в заготконтору. Для этого натягивали шнур с большим количеством силков из конс­ кого волоса, которые называли пленкой. Куропатки очень любили бегать в тальниковых кустарниках, где охотники и ставили силки. Утром снимали попавших птиц и ждали сле­ дующего улова. Труд невелик, а интерес хорош.