Курс А., Быстрее, Америка_Киноведческие записки № 54 - 2001_с 304-335

Соскочили с мест. В реве, визге и хохоте тонули заключительные слова чудного Пупса, обращавшегося с жестами истинного художника направо и налево —и осо­ бенно всемирно известному... В кухоньке домика Гордона перебирала ножками Куколка, вынимая из духовки очаровательный пудинг для дяди. Долетел до нее свисток паровоза. С ревом сирены и звоном колокола подлетал экстренный поезд к ма­ ленькой американской станции. Остановился на станции. Майкл и Гордон смотрели с паровоза, вытирая потные лица. Из люкс-вагонов выходили мистер Шмидт и блистательная свита. Они шли по перрону. Мистер Шмидт остановился возле паровоза, излучая довольство и щед­ рость. —Славно, Гордон, славно, старик!..—благодушествовал мистер Шмидт, вынимая пятидесятидолларовую бумажку и протягивая ее Гордону. Старый Гордон кланялся не без достоинства и принял бумажку. С шумом и смехом экспедиция мистера Шмидта шла по перрону. Гордон уводил паровоз в депо. Мистер Шмидт со свитой усаживались в два великолепных Рольс-Ройса. Великолепные Рольс-Ройсы укатили по великолепной американской дороге. Майкл и Гордон шли домой, в поселок, по высокой дороге. Были в цвету деревья, и солнце светило гордо, как человек делового успеха. Американские деревья пели песни успеха. Старый Гордон улыбался про себя, на ходу дирижируя руками. Майкл поднимал к солнцу испачканное лицо и колокольным голосом декламировал: —Я вижу тебя, Америка... Америка, мой экстренный поезд... Старый Гордон недоверчиво качал головой, слушая восторги Майкла. Старый Гордон тронул Майкла за плечо и показал ему вниз. Внизу под косогором на огромном пространстве дымилась свалка. Поле в двести акров, лишенное деревьев и домов, зрелище разрушения и кошмара, чистилище, занесенное илом и грязью. Холмы гниющей рыбы были рассеяны по долине. Горы ржавых консервных банок высились над полем. Безнадежные сады цветистого тряпья, бутылок, разбитых зеркал, газет и аптечных коробок расстилались там.