Сибирские огни, 2018, № 3

76 ВАЛЕРИЙ ХАЙРЮЗОВ БАРАБА казался Мотаня и, матюкаясь и держась рукой за голову, побрел в свою сторону. Кто-то из взрослых посоветовал сбегать за милиционером, но я по- думал, что Мотаню, скорее всего, не посадят, а вот последствия для меня и нашей семьи могут быть непредсказуемыми. Говорили, что для него за- резать человека — все равно что отрубить петуху голову. — Ну, ты не дрейфь, — сказал Дохлый. — А вот мне, похоже, надо делать ноги. Напевая песенку про Чико, он быстрым шагом свернул в переулок и по тропинке побежал к тракту. Я вернулся в дом. Мотаня опрокинул кухонный стол, на полу валя- лось погнутое ведро, порушенная табуретка, стекла от разбитого стакана и выбитого окна. Я собрал осколки, затем начал тесать перекладины для сенных дверей, чтобы вставить их вместо сломанных. Все это время мои друзья смотрели за улицей, чтобы дать знать, если вновь появится Мота- ня. Но неожиданно явился Король. — Скажи Дохлому: братан его поймает и отрежет яйца, — глухим, наполненным злостью голосом процедил он. — А Дохлый велел передать: пусть Мотаня бережет свои, — отве- тил я. — Он пообещал прийти на Рёлку с друзьями-скотогонами. При упоминании скотогонов Король сглотнул слюну и побелел. Предостережение было серьезным: скотогонов в предместье старались не трогать. Гонять скот из далекой Монголии вызывались самые отча- янные. После сдачи скота они поселялись в мясокомбинатовской общаге и, ожидая расчета, гуляли так, что вся Бараба, прижав уши, сидела по до- мам. Между местными и скотогонами порой случались кровавые стычки, в основном из-за барабинских девчат. «Найти и не сдаваться!» Шекспир заметил, что жизнь — театр и все мы в ней актеры. Пло- хие или хорошие — не нам судить. В то далекое время мы просто жили, а не играли. Хотя уже присматривались друг к другу, кто и на что спосо- бен. Первой нашей публичной площадкой, конечно же, была спортивная. На ней каждый был как на ладони. И уже тогда можно было определить, от кого чего можно ждать: кто пойдет в Брумели, а кто в зрители. Одна площадка была мобильной: она разворачивалась то на улице, то на фут- больном поле, то в клубе, а летом — на Ангаре. Другая, стационарная, на- ходилась в школе. Там были свои герои, ведущие актеры и исполнители. Именно в школе я узнал про театральный кружок. Его придумала Катя. И название спектаклю придумала: «У тебя все еще впереди, Валерка». На главную роль Катя Ермак предложила меня: имя совпадало да и многое другое. Я должен был играть хулигана, который пропускает уроки, лазит по садам, пререкается с учителями. И который потом под