Сибирские огни, 2018, № 3

18 АЛЕКСАНДР ДЕНИСЕНКО ЛЮБИТЬ ПОЛНЫМ ОТВЕТОМ Дядя Афанасий рукою с сизою пороховой наколкой покрестился на Николая Чудотворца, отвесил поклон. Я тоже подошел, приложился. Рядом с солдатской ложкой лежали медали, и на одной из них я прочитал: «Господи! На тя уповахом, да не посрамим земли Русской». Хозяин пояснил: — Дедовская, за оборону Севастополя в Крымской войне. Риско- вый был… слишком рисковый. Заядлый охотник. На медведей ходил. А друзья, знаткие медвежатники, отговаривали: не ходи, Савельевич, со- роковой — он роковой. Да не послушался. Медведя взял чисто, с одного выстрела. Разжег костер, стал свежевать, да споткнулся в спешке и упал прямо на нож. Не дополз до дому… — Я про подобную историю где-то читал или слышал. — Вот я и говорю: приметы надо соблюдать. Мы не первые землю топчем. — А эти — ваши? — Мои и моего дружка фронтового — ЗИСа‑58. На двоих, я так считаю. Сколько раз он меня спасал-выручал! Бывало, откажет бензо- насос — ставлю канистру с бензином на крышу кабины и ехаю. Кабина фанерная, немцами продырявленная, крылья деревянные, и выпускали тогда, Саша, «Захары» без переднего тормоза. Да и фару ставили толь- ко одну левую, «студебеккерскую», — но всю войну на себе дружок мой вытащил. От сейчас мы его вспомянем, Иваныч. Еленушка с утра щец изладила, аккурат под перцовую. — А где она? — С утра еще на край села наладилась, к подружнице своей зака- дычной Екатерине Серебряковой: опять схлестнулись, богомольщицы. Катька-то совсем на церкви задвинулась, коровенку и ту продала, счи- тай, задарма. Мне, грит, без надобности: кто постится — тому скотина не нужна, нет смысла держать. Да и выгодно: ни сена косить не надо, ни чугуны ворочать. Николай-то ее, при спокойном нраве своем, и то не выдержал, сбежал. — Куда сбежал? — Да в погреб. Третий год уже в погребе обретается. Я тут сунулся к нему с чекушкой — так у него там чин чинарем, прямо как во фрон- товой землянке: нары деревянные, керогаз, чайник облупленный, да еще похвастался, что Родька, сын, обещал из города привезти какой-то кабель со счетчиком трехфазным. А мне так кажется, что у него самого на религи- озной Катькиной почве, видать, тоже что-то с фазой в голове: говорит, что фельдшер в райцентре, когда зубы дергал, будто бы сказал ему, что у него большая черепная коробка. А Колька-то в растерянность пришел: если она такая большая, то и мозгов в ней больше, чем у других, а куда их использо- вать, ежели он всю жизнь с трактора не слезал? До того с этими большими мозгами додумался, что за бутылкой мне и говорит: я, грит, потому в по- гребе сижу, что люди обречены на страдания… А еще коммунист!