Сибирские огни, 2018, № 3

158 АНДРЕЙ ПОДИСТОВ, ЛАРИСА ПОДИСТОВА МУЗЫКА И ЧЕЛОВЕЧНОСТЬ оказались леденцы — солдатский паек при увольнении! Она раскрыла мешочек и поставила на лавку перед домом так, чтобы каждый мог по- дойти и взять. Мы и все ребятишки нашей улицы хватали конфетки и наслаждались ими до самого вечера. Это были первые конфеты в нашей жизни, и многие, в том числе и взрослые, вспоминали эти леденцы, потому как другие приходили с войны и по-другому. Жизнь постепенно налаживалась. Общими силами восстанавливали разрушенное хозяйство. Голод хоть медленно, но отступал. Человеческие души тоже оттаивали. Надо сказать, обитатели тогдашней Казацкой сло- боды сохраняли присущие этому боевому русскому сословию жизнелю- бие, остроумие и смекалку. Алексей Иванович с удовольствием вспоми- нает своего отца. Школьное образование Ивана Бороздина закончилось после четвертого класса, как и у многих его сверстников. А дальше — не- легкий сельский труд, взросление, семья с четырьмя сыновьями, потом долгая и беспощадная война, после нее — снова работа... В общем-то, предки Бороздиных так жили поколениями, будучи мастерами и в мир- ном, и в ратном ремесле. Может, эта постоянная готовность в любой мо- мент сменить одно на другое и послужила причиной возникновения осо- бой — находчивой, неунывающей и певучей — натуры. ...Мой отец был веселый человек. После войны он устроился на ра- боту шофером на хлебозавод. Их, нескольких водителей, послали на автомобильное кладбище под Воронежем выбрать себе грузовики из трофейных машин. Ребята взяли «студебеккеры», «форды», а мой отец присмотрел «мерседес-бенц» — четырехтонный грузовик с деревянным кузовом, с огромной некрасивой кабиной — «немецкой мордой», как называл ее отец. Самое удивительное — этот «мерседес-бенц» был самосвалом! Отец подъезжал к складу, поворачивал вентиль, кузов поднимался, и груз сам съезжал на землю. На это диво сбегались толпы зевак. По времени отец выигрывал почти полдня. У этой машины был еще один секрет: чтобы включить задний ход, нужно было сначала поднять рычаг вверх, сантиметров на пять, потом толкнуть его влево до упора и вперед. Секрет этот отец никому не от- крывал, а когда спорил с шоферами на бутылку, что те не сдадут его машину назад, всегда выигрывал. Еще одной особенностью этого грузовика был огромный и тяжелый мотор. Между мотором и приборной доской было небольшое пустое пространство. В эту нишу под капот отец запихивал буханку хлеба и вывозил ее с хлебозавода. Охранники осматривали машину вплоть до колес, знали, что отец вывозит хлеб, но найти не могли. Я поджидал отца в условленном месте, забирал буханку и шел домой. Так мы про- скочили голодный 47-й год. Когда отец ездил за торфом, разрешал всем нам, ребятишкам с на- шей улицы, ехать с ним. В каких-то далеких болотах, где добывали торф, мы нагружали полный кузов.