Фольклор белорусов Сибири и Дальнего Востока. Ч. 1: Семейно-обрядовые песни и причитания. - 2011. (Т. 31.)

Ч п h ч £----------— ---------- w ^ ------------------- ---— / j j .______■ 1 т II ~ 1 * J ...- - L?~ i .... 1 і И _и! А за - иц наш ту _ ды не пра _ ска _ ки _ ваў. J l J l J).. 6 . 5 c 6 . 4 с И! А што и _ скать та _ 6е тут, при _ и _ ски _ вать? И . и! Ай ти жи _ ву _ ю ва . ду брать, ти мё . ртву _ ю? JT^ J'.'J1J1 И! А пу _ зы . рки пад кры.ла .м и па _ стё _ рли. ся, - J U ?J 3 : Щ : 4-.-ч* K«L > ц і J И! А ни а _ дны са _ па . жки па _ зна . си _ ли . ся... Плачи Марии Борисовны и Елены Петровны — это длинные тексты и они были незавершены, так как их прервали собравшиеся. Плакальщиц останавливали копальщики, сын и подруга умершей: «Ну ч то , мож, понесём?»; «Всё, Кепочка, всё, матушка . Будетъ и ум, будетъ и розум...». Эмоциональное напряжение белорусских плачей, их протяжён­ ность были отмечены В.М. Гацаком в докладе, прочитанном на XV научном семинаре-симпозиуме Сибирского регионального вузовского центра по фольклору «Народная культура Сибири» (Омск, 2006). Учёный характеризовал их как «натянутые вожжи». Внутреннее на­ пряжение, возникающее у участников обряда во время голошения, настолько велико, что они стараются ускорить обряд похорон. Даже М.Б. Матюкова, прекрасно владеющая искусством голошения, не все­ гда выдерживает затяжных плачей других и сама прерывает их: «Кеп­ ка, перестань/» Плач дочери по матери отличается от предыдущих внедрением в него сказочных образов. Иной мир в тексте представлен с помощью сказочной формулы: «А ворон наш туды не залётываў / А заяц наш туды не проскакивау». Также в тексте плача звучит мотив живой и мёртвой воды. Такой выбор плакальщицы объясняется её детским познанием мира через сказку. Вместе с обращением к матери дочь взывает к умершей ранее бабушке П.Е. Матюковой: «А т ы скажи, скажи сказку, бабочка, / А общапи мяне крепко, родная, / К затягни у могилку глубокую». Эта традиционная формула обогащается индивидуальным смыслом,