Фольклор белорусов Сибири и Дальнего Востока. Ч. 1: Семейно-обрядовые песни и причитания. - 2011. (Т. 31.)

А что ж не встанешь, батька родненький, А на сынов не оглядаешься? А берягли тябе, як можили, Мы от смерти неминуемой. Ой, зачем же насмехався ты Над старухою над сивою? Иде, в яким же перяулочке А перейшла ина дороженьку? А котом серым под иконочку А укладалась на ночёвочку. А молыньнёй разбила яблоньку, Отломила всю макушечку. А заходила укруг домика, А тябе всклала на подушечку. А на крылечко на високое А ни узлезла хромоногая. А три няделечки шаталася А у ваконцев и в порогах. А ты прости, что не послухались А у ваконца отчинятого, А запустили птушку чёрную, А смерть тобою обсмеятую. Ой, в якие путь-дороженьки А ты сягодня снаряжаешься? А ти пройдуть твои там ноженьки? А по сугробам ты намаешься. А зови ты, не зови тяперь — А не приду к табе я скоренько. А даже дятлы разноцветные А не прилетуть к твойму домику... Разработка эпического мотива прихода смерти в причитании от­ личается разнообразием. Это объясняется не только «связью с много­ численными бытовыми верованиями»12, но и с мировоззренческими устоями теперь уже усопшего сказочника. Смерть в плаче представ­ лена «обсмеятой», в образе «сивой и хромоногой старухи», «чёрной птугики» (это выражения сказочника при жизни), «серого к о т а »у «молыньи». Дочь посредством художественных приёмов причети уп­ рекает отца в открытом кураже над смертью, за что он и поплатил­ ся. В записях моего личного архива читаем слова умершего: «Ну ч то , куды дальше хромоногая двинется в нашем краю? Наверно, свярнёть на Зелёную улицу. А можа, к нам, через дорогу? Неу не успееть перяйти старуха сивая, яе машина задавить». «А котом серым под 12 Аникин В.П. Русское устное народное творчество. — М . , 2001. — С . 210.