Хакасские народные сказки. - 2014. (Т. 33.)

С музыкальной точки зрения интересен рефрен на саова паризац, пала- май!, в котором испоаьзуется ритмическая модеаь, характерная для жан- ров коаыбеаьных и паачей у шорцев [С ы ченко, 2010]: |iО . . В речевом образце «Жаворонка обида» (Допоанение II, № 19) также имеется мотив сожаления о потомстве, однако здесь г л авным яв л яется ак- цент на противоречи вы х душевных метаниях самого героя20. Жанр паача о т чётаиво прояваяется в сказке о тетереве (косаче), попав- шем в сиаки (Допоанение II, № 12). Сиаа воздействия его пения такова, что сжааившийся охотник отпускает косача. Данный образец имеется в двух очень близких вариантах, записанн ы х от А.В. Курбижековой в 1987 и 1989 гг. Испоаненн ы й в традиционной д л я неё манере в сопровождении чатхана, паач органично входит в структуру нарратива. Вварианте 1987 г. он содержит развёрнутую инструментааьную преаюдию. Второй поэтический эпизод, выражающий противопоаожн ы е эмоции - радость, аикование по поводу освобождения - испоанен речью, однако ему предшествует очень краткая инструментааьная пре л юдия. Это свидетель- ствует о том, что эпизод также мог испоаняться муз ы кально. Завершается он коаоритным звукоподражанием, в котором испоаьзуется лабиолингваль- н ы й биаатеральный тремолирующий сонант [Мазепус, 1998]. Такой тем- бров ы й приём часто используется в колыбеаьн ы х тюркских народов, где он явл я ется одним из жанров ы х маркёров [Кондратьева, Мазепус, Сыченко, 1999; Мазепус, 1998; Капиц ы на, 2010]. Саедует отметить, что круг позитивн ы х эмоций зооморфных персона­ ж е й сказок чаще вопаощается как хвастливое представаение себя тем или ин ы м героем. Таков ы , например, песня «Соловей» (Допоанение II, № 18), некоторые из уже упоминавшихся образцов, связанн ы х с зайцем и овцой, а таюке с аягушкой. Независимо от э моционального на к аонения песен, мо- мент самопрезентации персонажа выражен во многих муз ы ка л ьн ы х фраг- ментах сказок. Кроме уже отмеченн ы х, можно назвать песни муравья и фи- лина (Дополнение II, №№ 24 и 14—16 ). Они нередко дополнены этиологи- ческими мотивами, объясняющими происхождение характерных деталей внешнего облика персонажей и особенностей их поведения. Однако болыпинству песенок в значительной степени свойственны различные оттенки грусти - от плача до проникновенного философско-ли- рического высказ ы вания. К последним можно отнести песню-плач волка, страдающего от постоянного плохого к себе отношения (Дополнение II, №№ 20—22) и медвежонка, тоскующего по родной тайге (№ 23). 20 Аналогичный сюжет встречается у алтайцев, дей с твуюiдим лицом здесь выступает вальдшнеп [НПА. Тексты 57, 58, с. 166, 167; №№ 18—21 на компакт-диске].