Хакасские народные сказки. - 2014. (Т. 33.)

26 Оперенье белого сокола вытащив, в него заскочил, свои те два одеяния взяв, к краю хан-неба полетел Аетел-летел, крылья- к рылышки белого сокола устали —на чёрную землю спустившись, в шкуру белого лося заскочил, по чёрной земле с топотом бежит. Шёл-шёл, бел ы м лосем устал бежать —в шкуру тигра заскочил, деревья-камни сокрушая, по чёрной земле бежит. Когда, спохватившись, посмотрел —оказалось, что до прежнего места, где спал, он добрался. Из шкур ы тигра выскочив, к прежнему дереву с дуплом её отнёс, там спрятав, к месту, где спал, подойдя, увидел: с ы н того хана всё ещё спит, оказ ы вается. Достойный паренёк, со лба пот в ы терев, немного отдохнуть решил —лёг и заснул. 27 Сколько-то времени они спали, сын хана, проснувшись, увидел: этот паренёк, похоже, куда надо сходил. Кончик белого шёлкового платка увидев, свой топор с зазубренным лезвием он принёс, нашему пареньку шею разрубил. Сам же, из кармана нашего паренька белый шёлковый платок взяв, отцу отнёс. Хан-отец, его увидев, им возгордился. «Ханом вместо хана буду, главой двух ханс т в буду!» —говоря, так разошёлся. Для хана, паренёк которого не пришёл, день печали и слёз настал. 28 Сколько-то времени прошло, к мёртвому телу, семис т рунный чат­ хан держа, три человека подошли. Когда посмотрели —их близкий друг, как уши коня, их друг, как рога коровы, умер-погиб. Увидели это — слёзы из их глаз окровавились, вода из их ноздрей заледенела. Некото- рое время проплакав, о похоронах стали договариваться. Человек, опе­ ренье белого сокола давший, говорит: —Погодите-остановитесь, товарищи, как-нибудь оживим его! Когда своё оперенье белого сокола я отдавал, под рубахой поясом его опоясал Если вправду он здесь, то оживить оживим его! —так сказал. К нему подойдя, рубаху задрав, видят: он и вправду шёлковым поясом опоясан. Этот пояс развязав, луне-солнду помахав, им хлестнули —достойный паренёк таким, как был, предстал. По очереди к ним подходя, изен ска­ зал, близко подойдя, руку пожал. 29 —Меня, погибшего, в ы оживили, друзья, —так говорит. Услышав это, его друзья: —Ну, что поделать, —говорят, —т ы , человек, на скорость догово- рившийся состязаться, теперь далыпе сам иди, сам будешь знать, что говорить, —сказали. Потом, простившись, на семиструнном чатха­ не играя, ушли. Достойный паренёк ко дворцу хана побежал. Затем, войдя, увидел: с ы н того хана, за столом сидя, отборную еду-пищу ест, крепкую арагу пьёт —сидит раскрасневшийся. Хан, возгордясь: «По-