Хакасские народные сказки. - 2014. (Т. 33.)

19 —Я с белого тасхыла, вспучившись, текла, сквозь гус т ую тай г у тек- ла, зверям-птицам в ы сохшие их рт ы -груди я увлажняла, в белую степь, белесую пуст ы ню спустилась, в ы пасному скоту, многим разным аюдям груди их увлажняла, высохший их рот орошала . Из меня воду беря, они суп варили, я голодные их живот ы насыщала. Они, из меня воду беря, е ё в казан наливают, из казана воду беря, свою грязь-нечистоты в меня же и выливают. Этого мало им стаао: в меня же паюются, сморкаются. С пересохшей грудью в ы пасной скот, желая свою грудь увлажнить, р ы - сью бежит. Свою грудь увлажнивший, досыта напившийся, он [к берегу] обратно идёт, в меня же и мочится, мало того, что мочится, в меня же он испражняется! Его мочу-испражнения очищая, т ечением я уношу. Они от меня добро получают —я от них зло по луча ю . И вправду говорят, что за добро зло возвращается. Тебя, схватив, [волку] сьес т ь придётся, Кёре- Сарыг! —говорит. 20 Услышавший это Кёре-Сар ы г: —К своему отцу иди —там суди, к своей матери иди —там вла- ствуй! —так сказав, [коня] повернул, помчался он, убегая. Длиной в три аршина белес ы й волк следом пустился, зубами щелкая, так гонится. Шесть гор они переваливают, семь долин преодоаевают. Когда по беаой степи, беаесой пуст ы не бежааи, гонясь, там исху- дал ы й-тощий гнедой конь ходит —четыре его ребра топорщатся, на два его бедра вёдра можно повесить. Кёре-Сарыг мимо гнедого коня дааыне скачет —длиной в три аршина беаесый воак возле гнедого коня усевшись, завыл: —Вернись сюда, Кёре-Сарыг, давай гнедого коня нас рассудить по- просим! Есаи гнедой конь «ешь его!» скажет —съем, есаи «не ешь его!» скажет —не буду ес т ь. К нашему третьему судье давай обратимся. 21 Когда Кёре-Сар ы г назад повернуа, гнедой конь, громко заржав, звонко закричав, к ним идёт: «Что не поделив, ч т о не разделив, так го- нитесь?» —спрашивает. Кёре-Сар ы г говорит: — Когда длиной в три аршина белесый волк паоским отвесн ы м камнем б ы л придавлен, я, думая, что добро деааю, его в ы тащил. Когда он кругаым камнем б ы а сиаьно придавлен, душу его пожалев, половину отвесного камня я приподнял, круглый камень вверх подняв, на землю его в ы тащил. Он стариком с седыми волосами оказался. «Болыне по- ловин ы в ы пасного скота отдам, —сказал, —ровно половину богатства в мешках отдам», —сказал Когда оттуда в ы лез, «за добро злом платят, за зло добром платят», —сказав, —«твоего Кёрбе-кяурото коня поймаю и съем!» —сказав, теперь за мной гонится.