Русский семейно-обрядовый фольклор Сибири и Дальнего Востока. - 2002. (Т. 22.)

В примечании к каждому тексту приведены следующие сведения: порядковый но м ер песни, причитания или наговора (нумерация в основном корпусе тома сквозная), название произведения преи м ущественно по первой строке (с восста­ новлением в необходимых случаях словообрывов, добавлением для наговоров с одинаковыми зачинами функционально-тематических определителей); для свадеб- ' ных текстов — жанровое определение; указан источник настоящей публикации: архивный (со ссылкой на шифр рукописи или фонограммы) или опубликованный (первопубликация и переиздания). Наименования учреждений, архивов, рукопис­ ных фондов в значительной своей части даны по состоянию на период подготовки книги к изданию. Паспорт песни включает информацию о собирателе, времени и месте записи (во всех возможных случаях для записей XIX — начала XX в. параллельно указы­ вается определение места по современному административно-территориальному делению), исполнителях с указанием их возраста и в отдельных случаях места рождения (если оно расходится с местом проживания или записи). Полнота пас­ портных данных зависит от полноты сведений о тексте, содержащихся в первоис­ точнике. В тех случаях, когда это известно, указываются особенности исполнения песни, наговора или причитания (в том числе и похоронного). Во всех необходи­ мых случаях указан автор нотировки. В примечаниях поясняется содержание встречающихся в тексте устаревших или диалектных слов, не вошедших в разд. «Словарь малоупотребительных слов, архаизмов и заимствований». Кроме того, даются отсылки на варианты текстов, обнаруженные в сибирских публикациях (отдельные, наиболее показательные из них приводятся в примечани­ ях); ссылки на варианты из европейской части России делаются по песенным собраниям И.В. Киреевского, А.Н. Соболевского и П.В. Шейна и приводятся после знака ♦. Информация о сибирских текстах из этих собраний отражена в разделе о сибирских вариантах. Основная трудность, с которой пришлось столкнуться при подготовке корпуса текстов настоящего издания, заключается в пестроте исходного материала разных лет записи: архивного и опубликованного, осуществленного с использованием зву­ козаписывающей техники и без нее («на карандаш»), нотированного или ограни­ ченного фиксацией только словесного компонента произведения. С т ремление хотя бы в некоторой степени сгладить исходную пестроту записей привело к формиро­ ванию круга текстологических процедур, положенных в основу подготовки к пуб­ ликации текстов разного типа. Наиболее очевидны различия между текстами рукописной т радиции и аудио­ записями. Так, в первом случае разный уровень квалификации, исходных установок и текстологических представлений собирателей определил различие степени фикса­ ции устойчивых диалектных форм и индивидуальных исполнительских особенностей произношения или пропевания словесного текста. Точность, полнота и степень последовательности их отражения собирателем в настоящее время недоступны про­ верке и принимаются как данность. При подготовке подобных текстов к настояще­ му изданию полностью сохраняется диалектная лексика, искаженные же фрагменты отдельных исполнительских или собирательских редакций произведения (явные ого-