Алтайские народные сказки. - 2002. (Т. 21.)

10 Поели-наелись. — Что теперь возьмешь? — спросил он. — Что бы ни дал, не возьму. «Такыл-тукул, гладкий костыль, тастан-тустан желтый пузырь» есть, его возьму, — сказал [Ёскюс- Уу4 [Бёрю-Каан,] спиной повернувшись, плача, лицом повернувшись, смеясь, принес его. — По дороге по имени его не называй, ладно, — сказал он. Он шел и произнес «Такыл-тукул, гладкий костыль, тастан- тустан, желтый пузырь». [Тогда] этот гладкий костыль стал Ескюс- Уула колотить. Не зная, как его остановить, кое-как выговорил; «Бып!*», — тот остановился. (Какое-то такое слово вспомнил, и сказал, оказывается.) 11 И дальше пошел Дошел до аила бабушки. Те же дети по- прежнему играли. — Не называйте вот это по имени, ладно, — так [им] сказал — Ладно, — сказали дети. Зайдя в аил, пока разговор-беседу вел, пока пил, ел кёчё-кача, как только дети произнесли: «Такыл-тукул, гладкий костыль тас­ тан-тустан, желтый пузырь», — так гладкий костыль стал всех детей колотить. Начались суета-тревога, крики-просьбы, плачи-рыдания: — Калак-корон\ Калак, остановите его! Приведем мы вашу пегую кобылу, принесем обгоревший сундучок, остановите его! Тогда Ёскюс-Уул вышел и сказал: «Бьт\» — костыль остановился. Дети, испугавшись его, привели «чычыл-сийил, пегую кобылу», принесли обгоревший сундучок. Все это забрав, направляясь к своему дьурту, к своему чадыру из трав, пошел дальше. 12 Дошел до своего чадыра из трав и сказал: «Чычыл-сийил, пегая кобыла», — пегая кобыла деньгами покакала, маслом пописала. Открыв крышку обгоревшего сундучка, зашел в свой чадыр из трав и уснул, оказывается. Когда он, выспавшись, проснулся, то оказалось, что он лежит в белом войлочном аиле; очень красивый аил, оказывается. Под­ нялся и увидел, что возле очага сидит какая-то молодая женщина; лицом отвернется — как сияние луны, лицом повернется — как сияние солнца Видит он: у изголовья очага пара золотых сапог прислонена Он поднялся, удивился: «Как же это я так разбогател?»