Русский календарно-обрядовый фольклор Сибири и Дальнего Востока: Песни. Заговоры. - 1997. (Т. 13).

кажениям, порче и обессмысливанию текстов, и без того не всегда имевших видимые художественные достоинства. Здесь подобные произведения включены только в том случае, если они обогащены но­ выми образами и мотивами в соответствии с народным художествен­ ным мышлением или дают представление о характере напева (приведе­ на нотная запись). В силу филологической направленности издания напевы даны лишь в качестве образцов. Сибирь — край смешения многих русских говоров. В большинстве районов не представляется возможность выделения каких-либо доми­ нирующих диалектных черт. Вот почему в текстах, не имеющих сущест­ венных отличий от разговорного языка, соблюдается принцип литера­ турного написания: все слова воспроизводятся в соответствии с русским правописанием (например, маево — моего, тваиво — твоего и т.д.), если же отличие было существенным, применяется фонетический принцип написания, но без транскрибирования (майво, маво, майго). Во всех случаях, когда диалектизмы выполняют художественные функции, соз­ дают своеобразный звуковой колорит, мы сохраняли фонетическую и диалектную точность в публикации. В томе календарные песни расположены традиционно — в соот­ ветствии с периодами годового цикла: колядки, овсеневые, подблюдные, масленичные песни, веснянки, семицко-троицкие, купальские и пет­ ровские, жнивные песни. Перед каждым циклом песен дается краткое описание обрядов, с которыми связывалось их исполнение, и рассказы­ вается об их происхождении и функциональном назначении. Ф.Ф. Болонев, МН. М ельников