Русский календарно-обрядовый фольклор Сибири и Дальнего Востока: Песни. Заговоры. - 1997. (Т. 13).

воплощение вербально-магической функциональности. Они начали свою жизнь как новое художественное средство по мере развития на­ блюдательности, по мере совершенствования образной выразительно­ сти в обрядовой поэзии; Уродися у хозяина Овес бронистый, Ячмень колосистый, Пшеничка густа, Примолотиста. (№ 80 ) Запевка типа "Сею, сею, засеваю — на новое лето" вводит основное содержание песни — заклинание в контекст совершаемого обряда, а завершающие песню просьбы подарков и поздравления "хозяина с хо­ зяйкой" определяют изобразительность благопожеланий (заклинания) и художественную завершенность произведения. Для календарных величальных песен характерна идеализация дей­ ствительности, воссоздание художественной действительности "по зако­ нам добра и красоты". Величаемый, будь то Овсень, хозяин дома или хозяйка, домочадцы, почти всегда является воплощением народных нравственных и эстетических идеалов. Хозяин дома уподобляется ясно­ му месяцу, его жена — красному солнышку, пчелочке в меду, дети — частым звездочкам (№ 22, 25 и др.), вместо избы предстают три терема, да еще златоверхие (№ 25, 26). Двор может стоять "на семидесяти верстах" (№ 22, 23), "посередь Москвы" (№ 26), он огорожен зеленым или железным тыном (№ 22, 24, 28), на каждой тынинке может быть "по маковице да по жемчужной" (№ 22, 28). Первыми заселыциками края были в основном выходцы с севера России, а поэтому старинным пластом сибирских колядок являются не архаичные заклинательные песни, а более поздние — величальные, по преимуществу северного типа — "виноградин", названные так по припе­ ву (виноградье красно-зеленое). Заклинательные песни принесены в Си­ бирь в ходе позднейшего переселения из южных и центральных обла­ стей России, где эти песни лучше сохранились. В ряде мест Сибири, от Енисея до Колымы, популярным было "виноградье", в котором новогоднее величание соединялось с былиной о Соколе-корабле или с ее фрагментами23. Тексты этого типа были прине­ сены в Сибирь из восточной части Русского Севера, из мест от Пинеги до Предуралья. Известно, что народы Сибири не всегда мирно шли "под государеву руку". Казачьи отряды и ватаги вольных людей, уйдя из родных мест на просторы Сибири, пробирались по многоводным рекам и по Северному Ледовитому океану на кочах, или ладьях, чувствовали себя словно на Соколе-корабле, носящемся много лет "по синему морю П о дб о р к а "виноградий" с сюжетом о Соколе-корабле приведена в кн.: Русская эпическая поэзия Сибири и Дальнего Востока / Сост. Ю.И. Смирнов. — Новосибирск, 1991 — № 3 8 -4 1