Русский календарно-обрядовый фольклор Сибири и Дальнего Востока: Песни. Заговоры. - 1997. (Т. 13).

слову ухо поэта-исследователя не могло не уловить, что восприятие заговоров человеком исторически обусловлено, что современный чело­ век утратил характерную для древности гармонию пользы и красоты, что "первобытная гармония согласует эти слова и дела; слова становят­ ся действием. Сила, устрояющая их согласие, — творч еск ая сила ритм а" (выделено нами. — ММ.). Поэт разглядел архаическую утили­ тарность и полифункциональность заговоров. Он писал: "Для того чтобы вылечить болезнь, хорошо работать, быть счастливым в домашней и хозяйственной жизни, на охоте, в борьбе с недугом, в любви — нужен ритм, который составляет сущность заклинания"16. Эту же мысль развивает В.П. Аникине "Первобытный человек при­ шел к убеждению, что ритм, ритмическое слово может быть полезным не только в работе, но и в случае, когда надо оказать влияние на воображаемый мир сверхъестественных сил". Заговор, по утверждению В.П. Аникина, есть традиционная ритмически организованная словес­ ная формула, которую человек считал магическим средством достиже­ ния различных практических целей17. В ритмической организации заго­ ворных формул он видит возможность их сближения с трудовыми песнями. Не менее веские основания имеются для сближения заговоров с заклинательными песнями земледельческого календаря ("Пшеница, — родись! Ячмень, — родись! Овес, — родись!"; "Куда конь копытбм, там жито кустом, куда коза рогом, там жито стогом"18), с гадальными ("Кому песню поем, тому добро, слава! Тому сбудется, не минуется, слава!"19), с хороводными ("Ты удайся, удайся, ленок, ты удайся, мой беленький ленок!")20. Подобные ритмически организованные формулы-заклятия встреча­ ются и в жанрах, восходящих еще к доземледельческому периоду на­ шей истории. Например, в эпических клише волшебных сказок: "Избуш­ ка, избушка, стань по-старому, как мать поставила: ко мне передом, к лесу задом" или "Сивка-Бурка, вещая коурка, стань передо мной, как лист перед травой!". Такие сопоставления вполне правомерны и взятые вместе явно свидетельствуют, что на ранних стадиях развития общест­ венного сознания слово отождествлялось с обрядовым действом и осоз­ навалось как творческое начало, как всесильный инструмент Творения ("В начале было слово") и как таковое вошло в архаические жанры 16Гам же. — С 52—53. 17Аникин В.П. — Русский фольклор. — M l , 1987. — С. 94 іаКалендарио-обрядовая поэзия сибиряков / Сост. Ф.Ф. Болонев, МН. Мельников. — Новосибирск, 1981 — № 96,118. ^Гам же. — № 176. 20 'Хороводные и игровые песни Сибири / Сост. Ф.Ф. Болонев, МН. Мельников. — Но­ восибирск, 1985. — № 178.