Тувинские героические сказания: Хунан-Кара. Боктуг-Кириш, Бора-Шэлей. - 1997. (Т. 12.)

570 Бора-Шэлей на коня глянула — Нежное сердце* ее чуть не разорвалось, Все тело ее задрожало: "Как же ты оказался без хорошего хозяина своего? Что случилось с хорошим хозяином твоим?" — 575 Так, оказалось, спросила. Когда Аян-Кула Обо всем рассказал, Бора-Шэлей, дрожа-трепеща, Коня оседлала. 580 "Вот и приходится садиться верхом на хорошего коня моего брата, Приходится [ноги] вдевать в хорошие его стремена, Садиться в хорошее его седло", — сказала. Села верхом, прискакала, Оказалось: лежит богатырь, как Когей, возвышаясь, 585 Бора-Шэлей спрыгнула, На живот, на спину перевернула, Стала плакать-рыдать, Кричать-стенать. Но сколько так [горевать]? 590 Коню сказала: "Ляг, ложись", — [тот] лег. Брату сказала "Поперек седла ляжешь", — поперек положила. Положив, к себе привезла [Такими], от которых летом не преют, не обмерзает зимой, Натирала, натирала [его] лечебными травами, целебными снадобьями, 595 В прохладное место положила И сколько же, сколько Плакала, горевала! Но сколько так [горевать]? Все передумав, обдумав, 600 [Ту, что] брат в месяц любой То открывал, то не открывал. — Черную вещунью с девятью застежками Открыла и стала смотреть: Съел золотое и серебряное сокровище Энгиргея [и] Кынгыргая, 605 Потому летом не сопреет, не обмерзнет зимой — [Таким] стал богатырь. "Если собираешься его оживить, [знай]: Прямо в южной стороне [У дочерей] трех ханов — Хюн-Хана, Ай-Хана, Дэр-Хана 610 У трех дангын есть трех цветов платки-опахала Если [дангын] привезти, Можно будет [его] оживить*", — так в ней говорилось.