Русские сказки Сибири и Дальнего Востока. Легендарные бытовые - 1993

Такой контаминации сюжетов нет как в СУС, так и во всех 15 сибирских вариантах сюжета 1696 в различных соединениях (см.: [103, № 65, 72—76] ). Е.И. Сороковиков-Магай в своей сказке “Кунтушка" [103, № 72] кличку г ероя объяснил так: ”А почему его назвали Кунтушка, что он был очень маленький — сам с локоток, а борода с ноготь". В этой сказке только один сюжет — 1696, но примечательно начало сказки, напоминающее небылицы-скоморошины: "Они были Балаганского округа Черемшинской волости, приписаны к поскотине. У них был коленкоровый дом, сарапинхо- вые ворога, дабинные подворотни. А в избе был стол дубовый и самовар без кранту новый. И чайник был без носу, наливал он каждому без спросу. Вот они стали жить да поживать, а сын ихний стал по селам гулять". ( Коленкор , сарапинха, даба — недорогие хлопчатобумажные ткани.) Иван Иванович усложнил сюжет и превратил дурака своей сказки в плута и вора. Как сказала о старшем брате сестра Марфа Ивановна: "Он на присказки — истошник", т.е. мастер коротких веселых сказок, шуток, анекдотов. (Об И.И. Сороковикове см.-. [125, с. 111].) О сюжете 158 см.: [77, т. 1, с. 437]; о сюжетах 1525Д и 1696 см.: [77, т. 3, с. 388, 397]. 49 . Про мужика н священника. АТ 1735. (СУС 1735 "Кто отдаст последнее, получит десятерицею"). Зап. М.К. Азадовский в 1915 г. в с Акта Качугского р-на Иркутской обл. Исп. Ф.И. Аксамен- тов, 70 лет. [28, № 28]. Вар.: УС; [109, № 77]. В восточно-славянской сказочной традиции сюжет зафиксирован не так широко, как в западно-европейской. М.К. Азадовский в примечании к этой сказке отметил: «Последний эпизод напоминает десятую новеллу третьего дня "Декамерона"...» [28, с. 206]. По сути дела, в сказке соединены два сюжета: о потерянной и возвращенной “десятерицею" корове и о неправедном суде. Ф.И. Аксаментов здесь, как и в других своих сказках, ироничен: сначала его герой-мужик представ­ лен наивным простачком, а затем — умным и хитрым. Второй эпизод позволил как нельзя лучше раскрыть эту двойственность. Однотипно с этим текстом изложен сюжет сибирской сказительницей Т.А. Плотниковой из Читинской области (см.: [109] ), как и в варианте из "Народных русских сказок" А.Н. Афанасьева (Т. 3. — М., 1940. — С. 365—367). О сюжете см.: [77, т. 3, с. 427]. 50. Клад. АТ 831. (СУС 831 Поп в козлиной (бычьей) шкуре). Зап. неизвестный собиратель в 1980 г. в с. Безруково Новокузнецкого р-на Кемеровской обл. Исп. А.К. Зубенко, 69 лет. НКГПИ, л. 1 8 -1 9 . Вар.: УС, а также OГПИ Эк-32/1981, № 107; [109, № 61]. Всего имеется шесть сибирских текстов на этот сюжет. Известно две интерпретации сюжета: первая — шкура козла не прирастает к телу попа (в сказке Магая — см.: [125, № 16] ); вторая — во всех остальных случаях произошло обратное, чем усилен не только мистический ("наказанье божье"), но и сатирический смысл, как в данном тексте, так и в тексте из сборника А.Н. Афанась­ ева [77, т. 2, № 258]. О сюжете см.: [77, т. 2, с. 430—431]. 51. Жадность попов. АТ 1842. (СУС 1842 Похороны собаки (козла)). Зап. М.В. Красноженова в 1930 г. в с. Заледеево Емельяновского р-на Красноярского края. Исп. Е.И Чичаева, 50 лет. [124, № 10]. Вар.: № 52 наст. изд. В отличие от сибирской в восточно-славянской сказочной традиции сюжет распространен широко. Исполнение ЕИ. Чичаевой отличается высоким мастерством как в изложении сюжета, так и в художественной обрисовке деталей. Сказочница соблюдает принцип ретардации — от низшего по чину к высшему с увеличением суммы взятки. ЕИ. Чичаева — тонкий психолог, когда передает реакцию на предложение похоронить кобеля с выносом до момента предложения денег и после него, что выражено в экспрессивной окраске речи попа, дьякона и архиерея. При этом она учитывает положение по чину каждого из этих персонажей. Повествование максимально приближе­ но к действительности — локально приурочено: "сошлют его в Туруханск или куды". Все это делает сказку Е.И. Чичаевой замечательным образцом устной народной сатиры. О сюжете см.: [77, т. 3, с. 429]. 52. Похороны Су л ил<а. АТ 1842. (СУС 1842 Похороны собаки (козла)). Зап. Н.В. Соболева в 1988 г. в с Барановка Змеиногорского р-на Алтайского края. Исп. В.П. Косенко, 49 лет. БФ, инв. № 3520, л. 159. Вар.: № 51 наст. изд. Сюжет в Сибири встречается редко — две записи сделаны в разных районах с большим временным интервалом. В публикуемом варианте сюжет излагается коротко: не как сказка, а как анекдот. Утрачен сказочный прием ретардации (ср.: № 51), введены мотивировки действий попа ("жадный-жадньщ на деньги") и мужика ("решил проверить"). Владимир Павлович Косенко представляет молодое поколение знатоков фольклора с. Барановка (см.: № 31, 46, 58, 63—66 наст. изд.). Знание сказок — традиция его семьи. В.П. Косенко — сын А.В. Федориновой (см. № 65). Помнит и прекрасно исполняет бьгговые сказки Анастасия Васильев­