Бурятские волшебные сказки - 1993

птицах (чаще перепелов), в разных ящиках. Здесь редкий случай, когда душа находится в оконном стекле. Древние бурятские жилища освещались через дымоход (урхэ); окно — деталь более позднего быта. 2. Молодец и его жена-лебедь (Сагаан шубуугаар Ьа м га хэЬэн хубуун). Ср. АТ 465 А + 461 А. Записал В . Ж. Ха м аганов в 1959 г. от А.Д Онгорхоева, 66 лет, в с. Жемчуг Тункинского р-на Бурятской АССР. — Ю БИОН инв. № 2868, п. 1, с. 59—83. Публ. [5, с. 32—53]. Перевод ЕВ. Баранниковой Вар: П а р е н ь - с и р о т а ( У н ш э н х у б у у н ) . Записал ПИ. Малакшинов в 1940 г. от АД. Онгорхоева — Ю БИОН, инв. № 590, тетр. 5, с. 1—20; З я т ь С о л н ц а ( Н а р а н а б г а й н х у р ь г э н х у б у у н ) . Записа л В.Ж. Хамаганов в 1970 г. от МД. Николаева, 59 лет, в с. Ранжурово Кабанского р-на Бурятской АССР. —Ю БИОН инв. № 3244, п. 13, с. 15—18; см. также [19, с. 24; 23, с. 114—117]. Мотив о девушке-лебеди встречается в бурятских сказках "Парень-охотник", "Алтан Шагай и Мунгэн Шагай" [5, с. 54—68, с. 356—380]. В публикуемом тексте трактовка образа чудесной жены-лебеди подчиняется эс­ тетическим нормам, свойственным жанровой специфике сказки: лебедь, принявшая облик женщины, навсегда остается на земле в кругу своей семьи. Произведения на этот сюжет, по своим художественным особенностям выходящие за пределы жанровой природы ле­ генд, и по сей день имеют широкое распространение: "Лебедь" (Хун) (записал ПД. Банза- ракцаев в 1960 г. от Л. Максарова в с. Харгана Иволгинского р-на Бурятской АССР. — Ю БИОН, инв. № 2932, п. 1, с. 150—151), "О двух заянах" (Хоёр заяанай тухай) (записал СМ Ба­ бушкин в 1970 г. от СП Падиева в с. Ранжурово Кабанского р-на Бурятской АССР. — Ю БИОН инв. № 3244, с. 11—13), "Сагалай" (Сагаалай) (записала Р. Мункоева в 1954 г. от СД. Саргаева в колхозе им. В.И. Ленина Торского сельсовета Тункинского р-на Бурятской АССР. — Ю БИОН, инв. № 2829, с 13-15). К интересным записям 1970—80-х гг. можно отнести легенду "О происхождении рода шошолог" (Шошоолог яЬанай уг) (записал В.Ш. Гунгаров в 1971 г. от ББ. Забанова в с. Монды Тункинского р-на Бурятской АССР. —PO БИОН, инв. № 3280, с. 65—67). Легенда о лебеди — прародительнице тункинских бурят записана от русского сказочника B.B. Ko- белева [30, с. 109—110]. 7 — жоргоон (шесть) — диалектное слово, лит. зургаан. 20 — эмхэй, умхэй (гнилое) — разночтения в произношении сказочника. 28 — беэншээрээ (веником) — сказочник предпочитает употребление заимствован­ ного русского слова, хотя в лексическом составе бурятского языка существуют слова: лит. хамуу p; диал. эльбуур- 30 — пообриг (погреб) — в тексте зафиксировано и сохранено произношение ска­ зочника. 1 — j 6 одном селении _ (-нэг э сэлеэндЭ-) — заимствованное русское слово, которое активно употребляется в разговорной речи бурят, встречается и в произведениях фолькло­ ра. 2 — ставил сажени (-шажан табина) — укладывать дрова друг на друга пра­ вильными рядами принято называть заимствованным русским словом сажень, в бур. звучании: сажан, шажан, 4 — -на четверти земли ( -шээтбэрьтэ газарта) — здесь сказочник употребил русское слово четверть (шээтбэрьтэ). Это сочетание неоднократно встречается в бу­ рятских мифах о сотворении земли. При ее разделе между Творцом-бурханом и его антиподом Архан Шудхэром последнему достается четверть земли, куда он втыкает свою трость и выпускает из Нижнего мира разную нечисть.