Эвенкийские героические сказания: Храбрый Содани-богатырь. Всесильный богатырь Дэвэлчэн в расшитой-разукрашенной одежде. - 1990. [Т. 1.]

межэтнических фольклорных коммунитетов в исторически короткое время — за три, два и даже одно столетие — прибавилась восточно-славянская (и неко­ торые другие) фольклорная реальность. Ее «материковая» история в основном произошла и реализовала себя егце до освоения Сибири, а здесь предстала рке как бы в снятом виде, со многими формаӈионными особенностями. Таким образом, в сибирско-дальневосточном регионе замечательно соче­ таются местные (аборигенные) и принесенные (но уже пустившие корни) фольклорные традиции. Это придает дровной культуре региона дополнительные черты уникальности. * * * Богатой прелюдией научного открытия ллногоязычного фольклорного кон­ тинента явились сибирские экспедиӈии петровского времени и последующих десятилетий XVIII в. (понятие Сибири включало в то время и Дальний Восток). Например, созданная историком академиком Г. Ф. Миллером (с учетом реко- мендаӈий В. Н. Татищева) программа для второй Камчатской («Великой сибирской») экспедиӈии 1733— 1743 гг. содержала свыше 900 вопросов, в том числе чрезвычайно важных для изучения фольклора. Она предусматривала собирание сведений о космогонических представлениях местных народов, их мифологии, обрядах, музыкальных инструментах, сказках, танӈах и т. д. (напри­ мер, «о вокальной музыке и что составляет содержание песен», «о рассказы­ вании всевозможных сказок» с требованием записи их образӈов и вари­ антов 16). Большой вклад в осуществление этой программы внесли И. Г. Гмелин, С. П. Крашенинников и другие участники экспедиӈии. Труд С. П. Крашенин­ никова «Описание земли Камчатки» (1756), содержащий наблюдения автора над этнографией северо-востока Сибири, стал одним из самых основательных в страноведческой литературе XVIII столетия (во Франӈии уже в 1767 г. был напечатан его перевод). Книга не утратила значения и в наши дни, о чем свиде­ тельствует недавнее издание ее на английском языке27. В ходе исследований Сибири в XVIII— начале XIX в. русскими и европей­ скими учеными и путешественниками был накоплен ӈенный материал о местных народах, их этнографии и фольклоре (вплоть до первых нотных записей, напри­ мер, бурятской, хакасской и ительменской мелодий), еще не в полной мере опубликованный и учтенный историками фольклора28. Все это позволяет считать, что «в ту пору, когда этнография и фольклористика даже в самых передовых странах мира делали только первые шаги, исследователи Сибири рке стали в ряд пионеров. . .» 29. На основе материалов академика А. Ф. Миддендорфа на север и восток 26 Азадовский М К История русской фольклористики. — М ., 1958. — Т. 1. — С. 84— 85; Кошелев Я. Р. Русская фольклористика Сибири. — Томск, 1962. — С. 15— 16. 27 Krashenmnikov S. P. Explorations o f Kamchatka. — Vaughan, Portland, 1972. 28 Роменская Т. А. Об источниках изучения музыкальной культуры народов Сибири XVIII— первой половины XIX века // Музыкальное творчество народов Сибири и Дальнего Востока. — Новосибирск, 1986. — С. 154— 192. См. также: Дугаров Д С. О первой музыкальной записи бурятской песни // Музыкальная культура Бурятии. — Улан-Удэ, 1967. 29 Роменская Т. А. Об источниках.. . — С. 175.