Кузнецов И.В., Ляляев С.В., Проза Бориса Пастернака. Мир, образ, текст-2020

И. В. КУЗНЕЦОВ, С. В. ЛЯЛЯЕВ 26 чие замк и , и складывает и раскладывает фасады, как кубические дверцы несгораемых касс. Несгораемых, хотя, прыгая с пивной на пивную, их ли- жут лампы и рожки. Извозчик закрывает за собой стены и площади и плы- вет с одного вокзала на вокзал, который – на другом конце города» [VII, 51]. Тематические мотивы «несгораемых касс» и «вокзала» в этом описа- нии соседствуют, предваряя их соединение в составе тропа в близком по времени стихотворении «Вокзал»: «Вокзал, несгораемый ящик // Разлук моих, встреч и разлук…» [I, 67]. При этом у «несгораемости» возникает коннотация, связанная с ог- неопасными источниками света – лампами и рожками. Эта коннотация, одновременно опирающаяся на мотив «пивной» и связанная с семой «жа- ра», появляется в набросках прозы. Так, в зарисовке «У Дорогомиловской заставы» действие происходит в ночном трактире. «Керосиновой белугой метался по столикам и в пиве зарезанный свет ламп» [III, 432], – начинает- ся этот фрагмент. Потом этот образ настойчиво повторяется: «Окошки на- чинали моргать: мощеной переулочной ночью и пивной с белугами» [III, 433], и др. А вот сцена обморока Реликвимини на вокзале из отрывка «Ко- гда Реликвимини вспоминалось детство…»: «Все скорее и скорее низвер- гались проливные люстры на скатерть с пальмами из войлока <…> лакеи разливали пивную желчь господам» [III, 443]. Очевидно, что два фрагмен- та связаны одинаковым (хотя и фоновым) мотивным комплексом «во- кзал / пивная / жаркий свет» 1 . Этот же мотивный комплекс воскресает и в ранней пастернаковской прозе. В «Апеллесовой черте» (1915) близкими к нему средствами переда- ется отъезд Гейне из Пизы в жаркий августовский вечер: «Вагоны горели, горели рельсы, горели нефтяные цистерны, паровозы на запасных путях, горели сигналы. <…> Горел часовой циферблат, горели чугунные перекаты путевых междоузлий и стрелок; горели сторожа» [III, 8–9]. А чуть позже, в «Письмах из Тулы» (1918), «вокзал», «горячий свет» и «пивная» вновь пред- стают как единый мотивный комплекс. Герой «Писем», ожидая поезда в привокзальном трактире, записывает: «Солнце – в пиве. Опустилось на са- мое донышко бутылки» [III, 27]. Наконец, в «Охранной грамоте» рассказчик вставляет в описание своей поездки по Европе деталь: «Заляпанное огнями вокзала, в чистых бокалах ясно лучилось пиво» [III, 167]. Как можно видеть, лирика, проза и письма Бориса Пастернака самого раннего периода – «на- 1 Еще один маркер связи этих фрагментов – образ волчка. Этот образ – центральный в зари- совке «У Дорогомиловской заставы»: странное фабульное событие фрагмента связано с тем, что дочь трактирщика неожиданно запускает по полу волчок. И Реликвимини в момент об- морока чувствует, что его «пустили как волчок» [III, 443].