Кузнецов И.В., Ляляев С.В., Проза Бориса Пастернака. Мир, образ, текст-2020

ДЕЙСТВИЕ, ФАБУЛА, ПОВЕСТВОВАНИЕ: 1910–1920-е годы 23 ном Пастернаком смысле: то, что пересоздает действительность, придает ей иные очертания. Рассмотрим, как концептуализируются эти представ- ления в раннем творчестве Пастернака. Тема оформления является основной в отрывке «Уже темнеет. Сколько крыш и шпицей!» Здесь, в полубессвязных монологах героя (или прото-героя) Реликвимини, эта тема возникает первоначально в религиоз- но-мистическом («неопифагорейском», по определению рассказчика) кон- тексте: «Бог это очерк, ограда, Бог это очерк боготворящих, граница молит- вы» [III, 423]. Затем эта тема распространяется на сферы искусства: «Линиям поклоняются обезумевшие краски» [III, 426]; – а также природной и челове- ческой жизни. «Представь себе всю эту религиозную революцию сумерек, когда даже те линии, что сдерживали фанатизм дня, перестают быть граня- ми» [III, 426], – так хаотическое, точнее, протеическое содержание природ- ного мира становится очевидным, когда сумерки расплавляют привычные очертания предметов. «И вот любовь была той оправой, в которой страдала жизнь, жизнь восторженно поклоняется всегда, а оправа поклонения – Бог, и вот были разные контуры, очерки, очертания у жизни, и это линии, зако- ны, быт, скрещения чувств между людьми; и наступают в жизни тоже такие сумерки…» [III, 427]. Законы и скрещения чувств полагают «оправу» и грани- цы человеческой жизни, создают ее уклад, но для этого уклада приходят свои «сумерки», в моменты которых он утрачивает очевидность и может меняться: люди осознают и принимают новые «скрещенья чувств», возводят для себя новые жизненные правила. Содержание жизни, ее «материя», как на языке философской терминологии обозначил его Пастернак в процити- рованном выше письме к кузине, ищет оформления, ищет «сюжета» и «предметности» 1 ; обращается – «бросается» – к умному свидетелю в поиске оправы смысла. «Действительность наделяется атрибутом требовательно- сти, жажды воплотиться в художественное произведение» 2 , – комментирует это положение дел Анна Юнггрен. 1 Несколько позже, в эссе 1911 года, при публикации озаглавленном «О предмете и методе психологии», Пастернак писал о множественности содержаний сознания («восприятий»), об их способности пополняться; и о том, что они как таковые не подлежат временным, причин- ным и пространственным связям. Они даны в перцепции, а не в логической апперцепции, осуществляемой сознанием апостериори в ходе превращения явлений в предметы мысли. «Явление есть непосредственность сознания; предмет есть задача теории» [V, 314]. 2 Юнггрен А. Juvenilia Б. Пастернака. С. 64. У приведенной цитаты есть продолжение: «герой <наделяется – И. К., С. Л. > признаком пассивности или жертвенности». – Сравним это наблю- дение с бахтинским пониманием положения героя в акте творчества: «Активно завершаю- щие моменты делают пассивным героя, подобно тому, как часть пассивна по отношению к объемлющему и завершающему ее целому». – Бахтин М. М. Автор и герой в эстетической деятельности // Бахтин М. М. Эстетика словесного творчества. М., 1979. С. 15.