Кузнецов И.В., Ляляев С.В., Проза Бориса Пастернака. Мир, образ, текст-2020

И. В. КУЗНЕЦОВ, С. В. ЛЯЛЯЕВ 162 Возникает вопрос: с чем связано было изменение текстуальности в романе и особенности новонайденной формы? Понятно, что «упрекать Б. Пастернака за недостаточный психологизм и схематизм, за неумение незаметно вывести из повествования эпизодический персонаж и прочее столь же наивно, как, скажем, ругать А. Платонова за неспособность соста- вить гладкую фразу» 1 . Изменение пастернаковской текстуальности яви- лось следствием усложнения художественного замысла и пересмотра пи- сателем представлений о форме и социокультурном бытовании произве- дения. Переход к повествованию как средству передачи действия связан со стремлением автора показать события в их глубочайшей внутренней обу- словленности. Речь идет не о внешней логической причинности, против которой Пастернак всегда протестовал, стараясь представить ее несостоя- тельной 2 . Имеется в виду внутренняя обусловленность всех без исключе- ния событий не друг другом, а состоянием действительности, управляе- мой некоторыми высокими и мало доступными человеческому понима- нию причинами. Они могут называться Промыслом, Провидением или как-то еще, но именно их присутствие оправдывает невероятные будто бы совпадения, наполняет происходящее смыслом 3 . Такой характер задачи и определил обращение писателя к повествованию, позволяющему дать образ мира, развернутый в своем становлении под действием этих при- чин. Изменение стилистики в романе стало результатом долгих и болез- ненных пастернаковских поисков, касавшихся понимания природы социо- культурных обстоятельств, конкретно говоря – места литературы и писате- ля в обществе. Стремление «быть с народом», то есть трансформирован- ное желание быть услышанным и понятым, никогда не было чуждо Пас- тернаку. Отцу он писал 25 декабря 1934 года, комментируя свой переход на иные художественные позиции: «Тот мир прекратился, и этому новому мне нечего показать. <…> И вот я спешно переделываю себя в прозаика Диккенсовского толка, а потом, если хватит сил, в поэты – Пушкинского. <…> Я стал частицей своего времени и государства, и его интересы стали 1 Суриков В. Тайная свобода Юрия Живаго. С. 216. 2 Ср. в романе: «Прямые причины действуют только в границах соразмерности» [IV, 344]. 3 Ср.: «У такого доверия к случайности должно быть какое-то обоснование. Это обоснование, можно предположить, – интуиция бесконечного богатства и доброкачественности мирозда- ния – и, тем самым, творчества. Выбрать “не то”, “не самое лучшее” из сплошного великоле- пия невозможно». – Седакова О. А. «Вакансия поэта»: К поэтологии Пастернака // Философ- ская и социологическая мысль. 1991. № 8. С. 141.