Максимова Н. В. Чужая речь как коммуникативная стратегия - 2005

выговорив такое, тут же не поспешил бы добавить: «Это сужденье стоит галочки / даже в виду обнажённой парочки». Не парочка ли, изгнанная из рая, имеется в виду? Тогда выходило бы, что лишь став, благодаря первородному греху, смертными людьми, - эти двое, все их потомки стали и вровень с бессмертием. Без Змия не было бы человеческой истории, не понадобились бы Мессия и Страшный суд, не пришёл бы Христос. Разумеется, это только мой домысел. У Бродского сказано то. что сказано. Но почему «сужденье стоит галочки»? За что - галочка-то? (2) Ср. в стихотворении «Как давно я топчу, видно по каблуку»: «И по комнате точно шаман кружа, / я наматываю, как клубок, / на себя пустоту её, чтоб душа / знала что-то, что знает Бог». Знание пустоты, то есть смерти: вот божественное знание. (3) # В принципе толкование речевого действия, тем более соотнесённое с жанровыми особенностями текста, может составлять в общей типологии КС отдельную (хотя и более частную по отношению к КС-толкование) стратегию - КС-интерпретация речевого действия, например. Открытый характер типологии не только позволяет выделять дополнительные КС, но и делает подобную возможность принципиальной, поскольку именно она демонстрирует динамический, развивающийся характер построенной модели КС ЧР, отношения между которыми составляют существенное содержание этой модели, а само установление новых отношений (между новыми типами и подтипами КС ЧР) вскрывает, актуализирует содержание оснований типологии. Приведённый пример из эссе Л. Баткина интересен также с точки зрения метатекста, представляющего рефлексию собственных действий автора, осуществляющего КС-толкование (в примере подчёркнуто мною). В начале отмечалось, что для толкования выбирается не всякий Т (ч.), а такой, который обладает затемнённостью смысла. Если в предыдущем примере автор рефлектирует свои действия, связанные с Т (толк.), то в следующем метатекстовом фрагменте рефлексии подвергается как раз выбор Т (ч.)\ Пример-11 (толкование, следующее сразу за метатекстом, в данном случае нами не приводится, поскольку иллюстрируется сам тип метатекста). Наклонись, я шепну Тебе на ухо что-то: я Благодарен за всё; за куриный хрящик <•••> («Римские элегии»)