Максимова Н. В. Чужая речь как коммуникативная стратегия - 2005

адресуя на Басанжа. Он это, вероятно, исполнит. Но не худо бы и Вам справиться о сём лейпцигском комисионере. (Н.И. Тургенев - П.Я. Чаадаеву) Иногда, в светлые минуты, О.М. читал лагерникам стихи, и, вероятно, кое-кто их записывал. Мне пришлось видеть «альбомы» с его стихами, ходившими по лагерям. Однажды ему рассказали, что в камере смертников в Лефортове - в годы террора там сидели вперемежку - видели нацарапанные на стене строки: «Неужели я настоящий и действительно смерть придёт». Узнав об этом, О.М. развеселился и несколько дней был спокойнее. (Н.Я. Мандельштам. Воспоминания) А снимала я у них крылечко, через которое никто не ходил. Когда начались холода, они силком перетащили меня в свою комнату, загородив мне угол шкафами и простынями: «Чтобы вроде своей комнатки было, а го в общей ты не привыкла...» (Н.Я. Мандельштам. Воспоминания) Однако не всегда нарратив и ментатив легко различимы, можно наблюдать случаи их контаминации, что отражается и на функционировании ЧР. Приведём пример (курсив автора, подчёркнуто мною - Н.М.): Теперь, в начале того самого письма, в котором спрашиваешь, про какую деятельность говорю, пишешь, что « состояние твоего здоровья не дозволяет тебе заняться чем бы нужно было заняться немедля'». Да какая же и есть истинная деятельность, кроме той, которая дозволяет делать что и когда угодно? Она-то и была мне воспрещена моими недугами в продолжение многих лет, о ней-то и тосковал столько времени; невозможность ей предаться и привела меня отчасти в то положение, в котором нахожусь и из которого без неё нет средства выйти. К этому должно прибавить, что продолжительные хронические болезни оставляют в организме глубокие следы, исключающие надолго возможность и самой необходимой деятельности. (П.Я. Чаадаев. Письма) Прокомментируем этот пример. ССЦ, состоящее из 4-х высказываний, строится на основе попарной соотнесённости информационного и сентенционного типа высказываний (последние подчёркнуты). Важно, что их связь представляет собой не какую-либо иерархию (например, иерархическими можно было бы считать отношения сентенции-тезиса и факта-аргумента к этому тезису или