Сибирский Колизей, 2010, № 12

Фестиваль Музыка — это моя страсть! Маркус Брутшер Прежде всего, я хочу сказать, что мы очень рады видеть вас в Новосибирске. Спасибо! Я тоже очень рад, что приехал сюда! Это ваш первый проект с Теодором Курентзисом. Поделитесь первыми впечатлениями? У него потрясающая энергия! Меня очень впечатлило то, как он работает. Понимаете, когда начинаешь сотрудничать с новым дирижером, новым оркестром и хором, немного побаиваешься... Но я моментально перестал бояться, потому что работать с ним — это на самом деле удивительное занятие! Вы знаете, наверное, как важно и необходимо для певца взаимодействие с маэстро. И это было действительно здорово! Он на самом деле необычный человек, и я очень надеюсь поработать с ним снова. И еще: у вас потрясающие хор и оркестр! Знаете, вы здесь так далеко... И то, что вы делаете — настоящее прекрасное искусство. Я действительно очень счастлив, что сейчас нахожусь в Новосибирске. Завтра Вы впервые будете петь в нашем зале... Очень красивый зал, потрясающий, с исключительной акустикой! Можно петь пианиссимо, и публике будет слышно каждую ноту. Вы приехали, чтобы исполнить и записать Реквием Моцарта. Он Вам нравится? О, я очень люблю его! В детстве я пел в хоре мальчиков. Мне было тогда 11-12 лет, у меня было высокое сопрано, и я пел соло. Я очень люблю музыку Моцарта. Каждая нота, каждый звук несет в себе частичку его души. Это Ваша первая запись «Реквиема»? Да. Я исполнял его раньше для французского телевидения, но это была не запись, а телеверсия. У Вас такой обширный репертуар, от старинной музыки до современной. .. Вы знаете, на свете столько хорошей музыки! (смеется) Если честно, мне даже нравится некоторая популярная современная музыка. Нужно просто уметь выбирать. Кроме того, я сочиняю музыку сам, это моя страсть. Ницше сказал: «Жизнь без музыки была бы ошибкой», и я полностью с ним согласен! А кто Ваш любимый композитор? Трудно сказать... Но Моцарт определенно возглавляет этот список. Я очень люблю французскую и русскую музыку. Мусоргского... Сегодня я слушал его песни. Это просто потрясающе! Сейчас в вашем репертуаре нет русской музыки? Нет, я еще никогда не пел по-русски. Я думаю, русским сложно петь по-немецки, и также нам сложно петь на русском языке. Но я считаю этот язык очень красивым. Я бы хотел поработать над этим. Может быть, когда-нибудь... Почему нет? (смеется) Я довольно много пою английских композиторов, начиная с Генделя. Я также люблю французскую музыку. Я много исполнял Рамо, и очень люблю Равеля. Мой французский довольно плох, но я могу правильно произносить нужные звуки — не зря я ходил в католическую школу, изучал латынь и древнегреческий. И те композиции, которые я сочиняю, я делаю на разных языках — даже на иврите, на арабском, на японском. Я много путешествую, бываю в разных странах... Я собираю стихотворения и пытаюсь положить их на музыку. И я собираюсь также выбрать что-нибудь из русской поэзии. Вы исполняете много современных сочинений, написанных в XX — XXI вв. Можете ли вы сказать, что понимаете современную музыку? О, это очень хороший вопрос! Современная музыка, как и любая другая, должна задевать тебя за живое, и она действительно может это. Возможно, иногда я не до конца понимаю современную музыку, но я всегда спрашиваю себя, трогает ли меня это произведение, значит ли оно что-нибудь для меня. Например, «Lux Aeterna» Лигети я считаю одним из шедевров XX века. И Шнитке, русский композитор с немецкими корнями. Он, безусловно, был гением. Это великая музыка! Хотя ее очень сложно исполнять... Совсем недавно я пел в Москве «Историю доктора Фауста» с Владимиром Юровским. Меня вымотало учить ее, но результат оказался крайне интересным. Я был восхищен тем, насколько это глубокая и прекрасная музыка. Возможно, она несет в себе слишком много информации, она очень интеллектуальна. Но это было великолепно и очень понравилось публике! Стефания Хаутзель и Маркус Брутшер Вы были в Москве в декабре. Сибирская зима отличается от московской и немецкой? Как вы чувствуете себя в Новосибирске? Честно говоря, я очень волновался перед поездкой в Сибирь. Здесь немного холодно (смеется). У нас в Германии в этом году тоже довольно холодная зима. Все замерзли, и это несколько необычно для нас. Я думаю, это моя последняя неделя зимы в этом году и я постараюсь насладиться ею (смеется). Полагаю, город вы еще не видели, только отель и театр... Точно! Сегодня утром я решился выйти на прогулку, чтобы посмотреть город, но пробыл на улице 20 минут, понял, что не смогу и вернулся (смеется). Рай, где все прекрасно Арно Ришар Арно, это ваш первый приезд в Россию? Да, я еще ни разу не был в России, но мои друзья, барочные музыканты, выступали в Москве, поэтому я знаю, что публика здесь очень любит барочную музыку. И я был очень рад возможности приехать сюда, чтобы принять участие в фестивале МизюАеГегпа. Вы работаете только в сфере барочной музыки? Нет, не только. Но современную или классическую музыку может петь большинство исполнителей, а барочную — далеко не все. Здесь нужно владеть стилем, уметь читать партитуру, нужно петь не просто ноты, но и паузы, промежутки между нотами, а иногда импровизировать. Есть ли в вашем репертуаре Реквиемы Я пел много разных Реквиемов, в том числе часто — Реквиемы французских композиторов, например Форе, Дюрюфле. Французский Реквием — не месса «на смерть», там в финале слышен свет, ты попадаешь в рай, где все прекрасно. Как давно вы работаете в опере? Мой оперный дебют состоялся в 1999, в партии Зарастро в «Волшебной флейте» Моцарта. Но студентом я начинал свой оперный путь с Оффенбаха: «Перикола», «Прекрасная Елена», то есть это была не столько опера, сколько оперетта, опера- буфф. Часто ли вы исполняете музыку французских композиторов? Да, очень. Мне нравится, что люди пони ­ мают все оттенки смысла в произведе ­ ниях, которые я пою, как например, в последней опере с моим участием — «Ама- дисе» Люлли, где все певцы были францу ­ зы, публика — тоже, и после спектакля нам говорили, что «были понятны все слова». И это здорово, я считаю. других композиторов? Арно Ришар О каких партиях или операх вы мечтаете? Есть одна опера, в которой мне бы очень хотелось спеть — «Пеллеас и Мелизанда» Деб ­ юсси. Это моя мечта... Я надеюсь, что когда-нибудь исполню партию Голо. Мне также нравятся оперы Моцарта, я бы хотел спеть Лепорелло или в будущем Дон Жуана. Что Вы чувствовали, когда пели в большом зале театра? Каковы ваши впечатления от работы с нашими музыкантами? Оркестр великолепный! Они действительно могут все, что от них требует Теодор. Очень гибкие и мобильные музыканты. Я действительно впечатлен нашей совместной работой! Зал очень большой, но петь в нем легко и также приятно, как в собственной ванной. Настоящее удовольствие! Здесь прекрасная акустика, такая же, пожалуй, как в Barbican Centre в Англии. Теодор Курентзис и Арно Ришар