Сибирские огни, № 4, 2014

Я молчал и думал о том, где сейчас Ленка. Когда меня регистрировали на про­ пускном пункте, я спросил о ней у девушки, ведущей учет прибывших в «Оплот». Но та только пожала плечами и кивнула в сторону огромной стопки бумаги со списками живых: «Вы же видите, что творится. Завал. А компьютера нет». Неудивительно. Мы всегда тщательно и долго готовимся, а потом — нет компьютера... или патронов, или шинелей ... Хорошо хоть траншею успели прокопать... — Вот, принимай хозяйство, — сказал комендант, когда мы вышли за во­ рота периметра. — И бойцов принимай, знакомься. Хозяйство — это линия неглубоких окопов и огневая точка: мешки с пе­ ском в несколько рядов и пулемет Калашникова. — Будешь держаться здесь, пока идет эвакуация. И после ... Потому что эвакуация будет долгой. Может, всю ночь. Может, дольше. Не подпускайте их к забору и воротам. Ворота хлипкие. Забор — сам видишь. Не препятствие. Короче — держитесь до последнего. — А если не удержимся? — Уходи внутрь периметра, — майор в очередной раз вытер потное лицо, задумчиво посмотрел на грязный платок и спрятал его в карман. — Там подго­ товлена вторая линия окопов. Только не давай своим из гранатомета стрелять. Когда уже будете на второй линии — не стреляйте из гранатомета. Ясно? Не стреляйте, прошу в а с . .. Разрушите стену к чертям собачьим ... Понятно? — Кажется, понятно ... — Ну иди. Обустраивайся. Я буду в штабе. Скоро тебе полевой телефон протянут. — А раций нет? — Раций? — Ну хоть самых простых, бытовых каких-нибудь. Моторола, например. Я их видел на рынке. Торговцы возле прилавков со складом переговарива­ ю тся ... Очень простая рация. В любом магазине продаются... Долларов сто всего стоит. Сто долларов — пара. — Раций?.. — еще раз переспросил майор, словно я сказал глупость про рации, и я вдруг сам понял, что глупость, и не надо было вообще заводить этот разговор. Телефон же проведут. И на том спасибо. — Нет. Раций у нас нет ... Хм ... моторола ... Слушай, а ты не тот самый Копылов, который операцию «Точка» проводил? И он, не дождавшись ответа, развернулся на каблуках, почти как на плацу развернулся, четко, и ушел в сторону штабной палатки. Там сновали люди в штатском и военные, там была деловая суета, означавшая одно — бегство. Спланированное, организованное, но — бегство. Седой этот майор, комен­ дант «Оплота», не спал, наверное, несколько суток, белки глаз с красными ни­ точками сосудов, расширенные зрачки, словно черные отверстия, щеки впав­ шие — пыльный и усталый человек. Он развернулся и пошел. Ушел пыльный, усталый человек с черными отверстиями вместо глаз, ушел командовать бег­ ством. Я долго смотрел ему вслед, видел, как он удаляется, смешно переша­ гивая через сусличьи норы, видел, как он сорвал на ходу длинную травинку и тут же ее выбросил. Я подошел к пулеметной точке и поздоровался с молодым парнем в новеньком камуфляже. — Здравствуйте. Это вы теперь командир первого поста? — обрадовался парень. — Я. А где все остальные? — Спят. Время еще есть. Говорят, что они только к ночи подойдут. Тогда спать будет некогда. Я пока дежурю. А потом меня Щегун сменит. А меня Ко­ стей зовут. Костя Столетов. — Служил, Костя? — Нет, не служил. Но вы не подумайте, стрелять из ПК я умею. Кофе будете? 5 СЕРГЕЙ ЮХИН. МЕРТВЫЙ КРЫМ