Сибирские огни, № 4, 2014

Красная палатка или обручальное кольцо?.. Я отнес скупщикам кольцо, поклявшись себе, что палатку не продам ни при каких обстоятельствах. Радостный от совершенной сделки, я накупил пи­ рожков и отправился на почту. В тесной кабинке долго непослушными паль­ цами набирал телефонный номер родителей, долго слушал гудки и надеялся, что мне не ответят. Но мне ответили. — Алло, — это была мама. — Алло, мама, привет, — голос неожиданно сорвался. — Сынок? Ты?.. Ты где?! Что с тобой?! — Мам, все нормально, — я справился с голосом. — Как вы там? — Ты где, сынок? — и она заплакала, и вместе с плачем в трубку неслись слова, искаженные связью. — Ты ... т ян и . .. был?.. — Что, мама?.. — Ты у тети Ани был? Ты в Симферополе? Ты живешь где? — Мам, я в Симферополе, все нормально. У тети Ани не был. Скоро за­ еду. Живу где?.. Т ак ... на квартире. — Ты когда вернешься? А Людочка ушла и дочку забрала ... — Да я понял, мам. Лёша заходил? — Да, заходил. Как же так, Андрюша, зачем же ты с нами т а к . .. Что ж мы тебе такого ... с отцом ... — Мама, мам, вы ни при чем, простите, ма, вы совсем ни при чем! Я вас люблю, я совсем запутался, мама. Я вас люблю ... — Мы все знаем, Лёша сказал. Мы тебя не виним, ты возвращайся... Люда ушла, возвращ айся ... Она к человеку одному ушла. Совсем. — Мам, тут уже не в Люде дело, — я почувствовал, что готов немедленно броситься на вокзал и ехать домой. — А в чем?.. Сынок, тут папа хочет с тобой поговорить... — Папа, алло! Папа?.. — Да. Андрей ... — Папа, уже пищ и т ... Если оборвется, я на следующей неделе позвоню ... — Андрей, послушай м еня ... — Папа, время ... жетоны ... я перезвоню ... Связь оборвалась. Я вышел на улицу и закурил. Можно было вернуться домой из любви к матери или из жалости к себе. Можно — чтобы еще раз увидеть Катю. Но к отцу я не мог вернуться побеж­ денным. Он бы, например, никогда не вернулся. Он бы с голоду умер, но не приполз бы несчастный и сломленный. Он упрямый, черт побери, все время повторяет, что русские не сдаются. Упрямый! Но я тоже упрямый. На следующий день я заплатил хозяйке квартиры за месяц вперед. От кольца осталось совсем мало денег, и две недели прошли, слегка потрепав единственные джинсы. «Сколько это может продолжаться?..» Заглянула хозяйка с требованием платы и принесла ощущение приближа­ ющейся осени. Какие скучные длинные дн и . . . и как быстро они проходили. Парадокс. Я не помнил, что происходит между приходами старухи, словно это время за­ полняли сумерки. Сколько это могло продолжаться?.. Пересилив стыд, съездил к тетке — она накормила меня супом и дала не­ много денег. Я обещал вернуть непременно. Вечера стали сырые и зябкие; в комнате — тоска, на улице — слякоть, работы нет. «Это не может продолжаться вечно!» Ура, работа! Десять дней разгружал вагоны — футболка мокрая и черная от угольной пыли. Проклятые кеды расползлись — плевать! Вернул тетке долг и рассчитался за квартиру — приятно было отдавать честные цветные бумаж­ ки. Чувствую боль в груди. Простудился?.. 31 СЕРГЕЙ ЮХИН. МЕРТВЫЙ КРЫМ