Сибирские огни, № 4, 2014

ОЛЕГ БЫСТРОВ. ТОЧКА ПРИТЯЖЕНИЯ то будут казнить всю бригаду, не сильно-то и вникая, кто и в чем конкретно виноват. — Я слыхал, — Вася затушил окурок, — вдова настроена по-боевому... — Более чем. — Катает жалобу? Может, встретиться, поговорить? То да се, мол, сдела­ ли, что было в наших силах... — Кто с ней говорить будет, ты? Мы пробовали уже... Вася ситуацию понял правильно, со словами: «Ладно, бывай...» — отпра­ вившись к себе. Раевский тоже докурил. Минуту он еще глядел в окно: там сыпал снежок. Всю неделю шли холодные тоскливые дожди, грязь развезло, и город, не очень чистый и летом, выглядел извалявшимся в подворотне бродя­ гой. А сейчас все это безобразие укрывал легкий и чистый первый снег. Надо было идти. По коридорам сновал больничный люд. Молодые санитары со значитель­ ными лицами стремительно трусили деловой походкой. Почти все они были из студентов, и их еще все интересовало, волновало чувство причастности к большой хирургии, спасению человеческих жизней. Медленно брели на про­ цедуры и обследования пациенты — по-над стеночкой, страдание на лице и спортивные костюмы, будто в насмешку. Время больничных пижам безвоз­ вратно миновало, теперь пациенты предпочитают найки и адидасы. В шубах и нелепых голубых бахилах поверх грязной обуви прут посети ­ тели. Те, которым разрешено. Раевский двигался в этой знакомой до оскомины , до каждой пяди щ ер ­ батого пола среде и думал: зачем? Ему, пятидесятилетнему, всего год до пен ­ сии , — зачем ему все эти неприятности? Нервы, препирательства с хирур ­ гами, невнятные оправдания перед лицом высокого начальства, которые все равно не будут выслушаны , и уж тем более — приняты во внимание... Шел, раскланивался с сотрудниками, отвечал на приветствия пациентов и думал — зачем?.. — Пал Николаич! — голос догнал его на повороте к лестнице. Всего-то и оставалось — подняться на один этаж, и он в своем отделении. И впереди еще аппендэктомия. Операция по объему небольшая, но только несведущие люди считают аппендицит заболеванием несерьезным. Он обернулся. Светочка, совсем молоденькая постовая сестричка , сразу после училища, догоняла, запыхавшись: — Пал Николаич! Я вас ищу! Вас спрашивают в приемном. Несколько раз звонили... — Кто? — Сказала — пациентка. Бывшая. — Вы ж знаете, у меня скоро операция. — Да, но женщина говорит, это очень важно. И плачет... — И ваше сердечко растаяло. Сколько раз повторять: мы в больнице рабо­ таем. У нас тут и плачут, и... — он споткнулся об умоляющий взгляд сестрич ­ ки. — Ну хорошо. Я схожу, но только ради вас. Пришлось опять спускаться, теперь в приемный покой. Ему нравилось вот так, по-старорежимному, называть приемное отделение. Был в этом шарм. Но не было ни малейшего желания общаться с кем-либо, влезать в новые пробле­ мы. А то, что это будут проблемы, он не сомневался. Только ради Светочки... Вышел в суету и гомон приемника. Скорая помощь как раз подвезла оче­ редное тело — поспешали ребята в синей униформе, гремели разболтанной каталкой. Торопливой походкой с озабоченным лицом рысила Поликарпова, дежурный врач приемного отделения, и тут же материализовались, как из воз­ духа, травматологи. Оба чернявые, сильные и молодые, а фамилий их Раев­ ский не помнил. Недавно работают. Он отошел немного в сторонку, осмотрелся. Уже потянул было из кармана 98 сигареты, покурить на крыльце — и тут его тронули за рукав.