Историческая энциклопедия Сибири III

Соч.: Классовое разложение и социальная структура сибир­ ского крестьянства / / Крестьянство Сибири в эпоху капитализма. Новосибирск, 1983; Аграрная политика царизма в Сибири в поре­ форменный период. Томск, 1986. Лит.: Проблемы историографии и истории: Сб. науч. статей. Омск, 2002. ХУДЯКОВ Иван Александрович (1 янв. 1842, Курган — 19 сент. 1876, Иркутск), этнограф, фольк­ лорист, революционер, полит, ссыльный. Окончил То­ больскую гимназию, в 1858 поступил на ист.-филол. фак-т Казанского ун-та, в 1859 перевелся в Московский ун-т, исключен в 1861. Один из рук. народнического кружка Н.А. Ишутина—И.А. Худякова в Москве и С.-Петербур­ ге. После покушения чл. ишутин. кружка Д. В. Каракозо­ ва на Александра II (1866) арестован. Во время следствия выявилась причастность X. к попыткам освобождения из Сибири Н.Г. Чернышевского и Н.А. Серно-Соловъевта. Ссылку на поселение отбывал в Верхоянске. Записывал и собирал якутский фольклор. В 1867 составил якут.-рус. (5 тыс. слов) и рус.-якут, слова­ ри, написал грамматику якутского языка , перевел Библию на якут, яз., но все рукописи, изымавшиеся у X. жандармами, остались неизданными. Часть из них сгорела при пожаре в якут, архиве. Сохранились только фольклор, записи, а также «Краткое описание Верхоянского округа» — обстоят, этногр. описание населения всей Якутии. Позднее материалы X. были опубл. в «Образцах народной литературы якутов» под ред. Э.К. Пекарского , к-рый широко использовал их и при составлении «Словаря якутского языка». Соч.: Верхоянский сборник: Якутские сказки, песни, загадки и пословицы, а также русские сказки и песни, записанные в Верхоян­ ском округе И.А. Худяковым. Иркутск, 1890; Записки каракозовца. М.; Л ., 1930; Краткое описание Верхоянского округа. Л., 1969. Лит.: Эргис Г.У. Собирание и изучение якутского фольклора в советский период / / Уч. зап. Якутского гос. пед ин-та. 1944. Вып. 1; Троев П. С. Иван Худяков в верхоянской ссылке. Якутск, 1980; Биобиблиографический словарь отечественных тюркологов: Дооктябрьский период. М., 1989. И.Я. Селютина, М.В. Шиловский ХУДЯКОВ Юлий Сергеевич (р. 8 дек. 1947, пос. Медвежка Кемеровской обл.), археолог, д-р ист. наук (1987), проф. Окончил гум. фак-т Новосибирского гос. ун-та (1974). Гл. науч. сотрудник Ин-та архео­ логии и этнографии СО РАН , зав. каф. археологии и этнографии НГУ. Специалист в области оружиеведения, воен. и этнокультур. истории древ, и средневек. кочевников Юж. Сибири и Центр. Азии. Проводит археол. исслед-я на тер. Юж. Сибири, в Киргизии и Таджикистане. Участник междунар. экспедиций в Монголию, Китай, Саяно-Ал­ тай, Ср. Азию. Награды: орден «Данакер» Респ. Кыргызстан. Соч.: Вооружение енисейских кыргызов VI—XII вв. Новоси­ бирск, 1980; Кыргызы на Табате. Новосибирск, 1982; Вооружение средневековых кочевников Южной Сибири и Центральной Азии. Новосибирск, 1986; Кыргызы на просторах Азии. Бишкек, 1995; Древние тюрки на Енисее. Новосибирск, 2004. В. И. Молодин ХУННСКАЯ КУЛЬТУРА. Осн. компоненты X. к. сложились в период обитания этого кочевого народа в Ордосе и прилегающих степ, р-нах Сев. Китая в скиф­ ское время, в IV—III вв. до н. э. Хунну были потом­ ками древ, номадов, известных в кит. источниках под собират. назв. «северных варваров ху». Большинство исследователей, изучавших историю и культуру хунну, считают их предками тюрк, кочевых народов. Нек-рые ученые придерживаются мнения, что хунну были пред­ ками монг. этносов. В последующий период образования и возвышения державы Хунну и подчинения хуннами всех кочевых племен Центр. Азии памятники X. к. получили широкое распространение на землях Забайкалья и Монголии, на к-рых расселилась осн. масса хуннского кочевого населения. Хунну ассимилировали мн. центр.-азиат, ко­ чевые племена, потомков древ, монголоид, и европеоид, номадов. Отд. хуннские памятники известны в Саяно- Алтае и Вост. Туркестане, кочевое европеоид, население, среди к-рого были ираноязычные саки и тохароязычные юэчжи, было покорено хунну и вошло в состав Хуннской кочевой империи. Характерные элементы хуннского предметного комплекса, в особенности элементы военно­ дружинной культуры, были заимствованы мн. кочевыми народами, жившими в вост. ареале степ, пояса Евразии и испытавшими полит, и культур, влияние со стороны хунну. Период существования X. к. охватывает период с кон. III в. до н. э. до 2-й пол. II в. н. э. В числе памятников X. к. известны неукреп. по­ селения и фортификац. сооружения, а также погре­ бальные комплексы. В Забайкалье, на р. Селенге, исследовано Иволгинское городище, к-рое являлось опорным пунктом Хуннской державы в этом р-не. Оно имело сложную систему фортификации, состоявшую из 4 линий земляных валов и 3 рвов, окаймлявших жилую площадь с напольной стороны городища. На земляных валах были установлены деревян. частоколы. С 4-й сторо­ ны поселение защищала болотистая старица Селенги. На этом укреп, поселении раскопаны жилища, производств, постройки и хоз. ямы. Жилища имели углубленные в землю котлованы, стены из сырцового кирпича и крыши из жердей, соломы и бересты. Внутри жилищ были иссле­ дованы очаги и выявлена кановая система отопления. На тер. Монголии исследованы хуннские крепостные сооружения прямоугольной или квадратной в плане формы, окаймленные по периметру глинобит. оборонит, стеной с 1 или 2 проемами ворот. На площади этих городищ не выявлено к.-л. построек. Вероятно, они служили вр. убежищами на случай воен. опасности для окрестного кочевого населения. В Минусинской котловине хуннским наместником для своей супруги-китаянки, вероятно, с помощью кит. строителей, был сооружен многокомнатный дворец, имевший кановое отопление и крытый черепичной крышей. Этот дворец был адм. центром державы сев. хунну в Саяно-Алтае. Большая часть хуннских кочевников-скотоводов жила в войлоч. юртах и перекочевывала вместе со сво­ ими стадами по летним и зимним пастбищам. На местах этих вр. поселений-кочевий, как правило, лишенных культур, слоя, находят следы кострищ, фрагменты гон­ чар. керам. посуды, украшения и др. предметы X. к. Погребальные комплексы хунну исследованы на тер. Забайкалья, Монголии и Тувы. Особой сложностью отличались погребальные сооружения хуннской знати, к-рые исследованы на памятнике Ноин-Ула в Монголии, Ильмовая Падь и Царам в Забайкалье и Бай-Даг II в Туве. Умерших знатных хунну, в т. ч. шаньюев и др. чл. аристокр. родов, хоронили в глубоких могил, ямах под камен. курганами. Они имели прямоугольную в плане форму и были окаймлены стеной, сложенной из камней. С юж. стороны внутрь погребальной камеры вел наклонный ход — дромос. Под камен. курганом находилась глубокая могил, яма, в к-рой располагалась двойная погребальная камера, представлявшая собой гроб, помещенный внутрь сруба. Поверхность гроба обтягивалась шелк, тканью, к рая прикреплялась к до­ скам желез, бляхами, иногда обернутыми зол. фольгой. В сев. части могилы на дне, в спец. уступе могил, ямы были положены головы домаш. копытных животных: лошадей, коров, коз и овец. В нек-рых могилах было положено до 20 голов. Они представляли собой целое