Плитченко А.И., Письмовник, или страсть к каллиграфии-1988

Есть в мире рабы собственной смерти. Они увери­ лись в том, что кроме смерти ничем в этой жизни не­ отвратимо не обладают, потому и готовы есть в три горла, носить сразу четыре шубы, иметь по три жены, но ни одного настоящего сына. Поскольку сын, на их взгляд, это не приобретение, а трата жизни, разменива­ ние ее. Суетливость этих людей подобна суетности земляно­ го червя, прижатого лопатой крестьянина. Неужели в час смерти их успокоит сознание, что они съели не ведро икры, а бочку; что они выпили не бочку коньяка, а три бочки; что была у них не одна жена, как у человека цивилизованного, а все встречные женщины в женах, как у дикаря, как у человека каменного века?.. Неужели смысл жизни в том, чтобы побольше про­ пустить через себя еды и питья, поменьше отдать сил чему-то, тут же не приносящему лично тебе пользы, побольше обворовать, обмануть, обвести людей вокруг себя? Да , жить под страхом смерти, побольше съесть, по­ больше выпить — содержание жизни! Тогда бессмертен кран на бочке с коньяком, ибо никто еще не пропускал через себя столько престиж­ ного напитка. Тогда надо петь гимны п о д с о б к е , где хранится продовольственный и промышленный дефицит, ибо ни одна квартира, ни один желудок не вместят сра­ зу такого количества п р е с т и ж н о с т и ! «Вот это — жизнь! Живи — не тужи!.. — как поет Лоза в «Примусе»,— ...ах , если б каждый вечер — такая жизнь!» В скобках. (Смотри, как отозвалось в рок-музыке шаляпинское «Ах если б навеки так было...») Не думаю , что носители зла в нашем обществе сла­ бы и примитивны. Они сложны и сильны, хотя бы пото­ му, что им первые билеты на вернисажи, на лучшие спектакли в лучшие театры, им лучшие книги в доста­ точном количестве, они видели Европу, они не лыком шиты в прямом и переносном смысле. Но «съесть» книгу — это не значит понять ее. Покрасоваться в театре, это еще не значит что-то там испытать душою. Те же органы, которые есть у человека для потреб­ ления вечной духовной пищи, у этих людей давно атро­ фировались, они подавлены страхом физической смерти.