Плитченко А.И., Избранное-2000

и прославился в новом блеске! На его безмерной равнине, на прекрасной его долине ясный полдень социализма расцветает мощно и полно, — на просторном западном крае шесть колхозов расположились, развиваясь и расширяясь! Дьэ-буо! Чтоб поднять урожайность благодатнейшего аласа, вдохновенно трудятся люди и работают все упорно, изобилия добиваясь. Нынче грамотных стало много и умелых специалистов, в коллективном труде колхозном тут ударники появились, в производственных достиженьях стахановцы отличились, знь построившие счастливо — тут отличные славные люди новой жизнью умело правят, восприимчивые, развитые стали женщины веселее, и встает стальными рядами молодежь — украшение жизни, и отходят от старой жизни старики в работе ударной, позабыли старые бредни, добродушней стали старухи; клубы, школы в колхозах открыты, много новых домов в поселках, ферм, телятников много новых, и расширились огороды, больше сена дают покосы, много техники расплодилось, всюду вместо сохи — машины, и повсюду — в лесу и поле трактора зашумели громко. Дьэ-буо! На полях, равнинах табуны, сбредаясь, густеют, на аласах и на полянах, точно тучи, стада пасутся, в загородках теперь повсюду резво скачущие телята, а в загонах и на конюшнях табунятся теперь жеребята, и породистый, и отборный скот по землям колхозным бродит. Дьэ-буо! Я воспел-поведал жизнь удачливую и счастье всех больших, богатых колхозов! ШЕСТИРАЗВИЛИСТОЕ ДЕРЕВО ААЛ-ДУБ На семикрайней, дорогой, привольно созданной земле, во все пределы от ствола пути ветвей распространив, стоит могучий, гордый дуб — шестиразвилист, величав. И, если оглядеть его, — то с севера великий ствол покрыт прекрасною корой из кованого серебра, кора восточной стороны — из листового серебра, а с южной, вьюжной стороны позолоченая кора, а с запада высокий ствол корой обложен золотой, — таков — сияюще стоит, растет могучий, гордый дуб! Я, чутко слушая, смотрел, любуясь тихо, созерцал — и вот предстало предо мной устройство стройное его: важнейшая из всех ветвей, царящая над всеми ветвь, растя и устремляясь ввысь, неукротимо вознеслась к пределам северных небес, где свет летяще-голубой смешал коварство с ворожбой, шумит могуче эта ветвь, стоит как туча эта ветвь; прекрасная вторая ветвь, вверх направляясь, уперлась в восточный алчный небосвод, внесла в воинственность его величественность и покой, как облако — вторая ветвь легко мешает тень и свет; добра собою, высока, крепка, упруга — третья ветвь — свободно протянулась ввысь под жадный южный небосвод, коварство алчное его смутила вечной добротой, свою живительную тень стремительно распространив, цветным узором уронив; и несгибаемо мощна — четвертая большая ветвь,