Плитченко А.И., Избранное-2000

Где старый — тридцати колен — Спина от гривы до хвоста Над миром тополь вознесен. Сплошным сияньем залита. Седло и хлопковый потник Увенчан гривою густой, Снял Когюдей-Мерген с коня, Пушистой шерстью золотой «Пасись, гуляй четыре дня, Покрыт от холки до копыт, Найди целительный родник Ушами прядая, стоит. И там в течение трех дней Заржет — летит в долины гром, Воды живительной попей. Отмечен солнечным тавром. Моих подмышек два крыла, Тряхнет могучей головой — Нас ждут великие дела, Смешает тучи с синевой. На крупе мяса нарасти, Глаза его как две луны: Нас ждут великие пути». Сияют — издали видны. Коня пустил, и в тот же миг Алып улегся на потник, Укрылся шубою своей И беспробудно спал шесть дней, А на седьмой увидел сон: Великим солнцем осенен — Родной Алтай, родной народ Свободно, радостно живет. Отец и мать его вдвоем В аиле каменном своем Сидят добры и веселы, Их лица ясные — светлы... Как явь увидев этот сон. Проснулся и поднялся он, Невдалеке от страшных скал, Как оказалось, он лежал. Досады горькой не сдержал, Унять печали не сумел, Он горько-громко закричал, Печально-грозно заревел; Тот крик куски огромных скал Обрушил с поднебесных гор, Тот рев до капли расплескал Всю воду десяти озер. Услышав богатырский вой, Дрожат шулмусы под землей. Заслышав богатырский крик, Заволновался злой Эрлик. Заря средь ночи занялась, Земли поверхность сотряслась. Кезеры двадцати племен В неведенье, изумлены. Кааны тридцати племен Испуганы, удивлены. Воители далеких стран Задумались, заслышав вой: Ревет Кара-Кула каан Или алып кричит иной? Тут Когюдей прервал свой крик, Потряс уздой, призвал коня, И тут же перед ним возник Конь белогривый в свете дня. Литая грудь его — крута, Стена зубов его — бела, Тут Когюдей коня взнуздал, Затем обтер и заседлал, На темно-сивого взглянул — Клыкастый конь заматерел, Сам на себя алып взглянул, И оказалось — пожелтел, Как будто ржавчиной покрыт, Слабее прежнего он стал, Был столько дней силен и сыт, Теперь совсем оголодал. И Когюдей-Мерген с торок Подобный облаку мешок Вмиг торопливо отвязал, Две плитки сырчика достал. Старушка мудрая его Сготовила из молока Алтын-Тарги38 для своего Алыпа, славного сынка. От большей плитки отломил — Сил вдвое больше ощутил, От меньшей плитки откусил — И вдесятеро больше сил. Алый в седло легко вскочил И начал парою удил Во рту коня звенеть-играть, За золотую рукоять Он ухватил витую плеть И, повелев стрелой лететь, По крупу вытянул коня, До страшных скал его гоня. Распластываясь, конь летит, — И всколыхнулись небеса, Согнулись вечные леса. И ворон где не пролетал, Над голой, выжженной страной, Где сокол быстрый не мелькал, Над желтой дальней стороной, Конь точно ветер просвистел, “ . . . и з м о л о к а А л т ы н - Т а р г и — из материнского молока, оставшегося в кишке, подве­ шенной к березе.