Плитченко А.И., Избранное-2000

Некое собрание. Тема: погода и наше к ней отношение. Трое выступающих, все нагнетая и нагнетая, говорят о холоде, неподготовленности к нему, угрозе простудных заболеваний и пр. Выступает четвертый и говорит примерно следующее: — Да, товарищи, надо смотреть в лицо фактам: известное похолодание в нашем рай­ оне отмечается. Да, морозы местами доходят до тридцати — сорока градусов ниже нуля. Но мы же не одни на земле, почему мы смотрим на вещи узко, как-то местнически. Надо смот­ реть шире. (Разворачивает газету.) Вот, в Ашхабаде — плюс девять. Неплохие, прямо ска­ жем, температурные показатели в Крыму и на черноморском побережье Кавказа. И это тоже факт! А в городе Термезе градусник показывает двадцать пять выше нуля! Значит, в сред­ нем у нас не так уж и холодно, если сложить наши минусы и термезские плюсы. И потом, почему мы живем одним днем? Кто сказал, что у нас всегда будет так, как сегодня? Пройдет месяцев пять — шесть, и все зазеленеет, станет тепло и даже жарко. Вот так, я полагаю, надо смотреть на вещи и не нагнетать тут уныние и не запугивать друг друга морозами! Речь произвела на всех такое сильное впечатление, что собрание проголосовало за то, чтобы считать, что на улице тепло, и единогласно все вышли на улицу соответственно без шуб и шапок и поголовно простыли. Твой же поворот с собранием, когда выясняется, что это не люди спорят и выступают друг перед другом, а все это идет в недрах специальной электронной машины, которая су­ ществует для высвобождения коллективов от траты времени на собраниях и заседаниях, — этот поворот интересен, но опять из области фантастики. Да и не очень подробно ты его разработал. Я бы сказал так: в память этой машины, способной делать 10 миллионов опера­ ций в секунду, каждая контора вводит все данные каждого из своих сотрудников. Это пер­ вое. А уж второе — для проведения очередного собрания вводит повестку дня. И тогда ма­ шина проигрывает собрание и выдает результат в виде протокола и решения. Но, подумай, может быть, лучше написать реальное, без машины, но несколько в юмористическом ключе заседание о погоде? Шутки шутками, но не главная ли задача литератора честно сообщать читателям эту самую «температуру» мира, не успокаивать читателя, не запугивать, не ограничиваться только тем, что будет с погодой потом, что с ней творится сейчас на черноморском побережье Кав­ каза, но говорить именно о той погоде, которая сегодня здесь, чтобы читатель знал, в чем ему выходить из дома и к чему готовиться. И еще о моем Быке. Надо сказать, что эта история несколько не в русле уже ставшего расхожим толкова­ ния о противостоянии человека и природы. Довольно слез над цветком, на который насту­ пили копыта стальной опоры ЛЭП; довольно вздохов над родничком, в который туристы- бандуристы с песней славного Розенбаума сбросили свои послеобеденный мусорок; довольно проклятий любознательным путешественникам, которые разве что на храме Василия Бла­ женного еще не выгрызли сакраментальное — «Здесь был Вася!» За всеми этими картинками и совершенно искренними вздохами, пока они не стали расхожими и дежурными, есть правда, но как-то мы слишком удалились в частности. А дело-то давно не в частностях, если сама формула труда — безвозмездное пользование при­ родой — не соответствует теперешним потребностям жизни и перспективам ее развития. Вот о чем надо печься! Но мой Бык не о том. Он, скорее, о глубинной неразъемности Человека и Природы, о той неразъемное™, которая выше Человека, выше Быка, поскольку они связаны между собой в самом моменте жизни. Они объединены этим моментом, как части Единого. И приносящий природе вред приносит его, во-первых, себе, во-вторых, тоже себе и, в-третьих, только себе — природно­ му в человеке. Природа не столь беспомощна и беззащитна, как мы ее привыкли изображать в про­ тивостоянии машинной цивилизации и потребительскому отношению человека.