Плитченко А.И., Избранное-2000

Другой одноразовый вариант появился в беседе со знакомой Чучина (назовем ее Н. Н., чтобы не возбуждать излишнего любопытства читателей, поскольку эта знакомая Чучина знакома в нашем городе и еще большому числу людей). Когда Н. Н. совершенно равнодушно поинтересовалась у Чучина, почему тот не появ­ ляется на ее горизонте уже четыре дня, хотя сам униженно выпрашивал аудиенцию, выпро­ сил и тем самым скорректировал планы Н. Н., понудив ее сидеть эти дни на даче, Чучин сбивчиво, перемежая речь дурацкими — Вы не поверите, — рассказал... Итак — предлагаю нейтральный вариант: Знакомая женщина, приятельница Н. Н., приглашает Чучина к себе, на свой садово­ кооперативный участок — помочь ей, скажем, прополоть крыжовник в свободное от служ­ бы время. Чучин приезжает, пропалывает крыжовник и задерживается, а ему непременно надо быть сегодня же в городе. Он прощается и уходит. Сюда его подвозит либо левак, либо такси, либо попутная легковушка. Обратно он топает сам. А от кооператива «Меломан» надо сперва километр идти по дамбе, потом столько же по проселочной дороге до шоссе, где и можно поймать машину, чтобы вернуться в город. Долго. Торопится. Видит в протоке у дамбы дремлющего в лодке заскорузлого Харона. Сговаривается с ним. Харон за трешку соглашается перевезти Чучина напрямки, протоками, к шоссе. Поплыли. Но в сумерках природы и собственного сознания Харон сбился в камышах и протоках и высадил Чучина на остров, будучи совершенно уверен, что высадил его на континентальный берег, у шоссе. Чучин пошел и уткнулся в болото. Пошел снова — опять болото. Он двинулся и вско­ ре, уже в темноте убедился, что попал на остров, а когда попытался кричать, то ему ответили только эхо и ночные птицы. Лезть же через болото он не решился по темноте. Так и заноче­ вал на острове, благо, что нашел какую-то землянку — с дверью и лежанкой, с окошечком и железной печуркой. Как всякий уважающий себя человек, Чучин был вооружен зажигалкой, пачкой «Ту-134», перочинным ножиком, сорока пятью рублями, носовым платком, удосто­ верением личности, абонементами на проезд в общественном транспорте, в пластиковом пакете у него было некоторое количество еды — крыжовник, огурчики и т. д., врученные ему внимательной приятельницей из кооператива «Меломан». Плевав на это дело и все еще переживая прополку крыжовника, Чучин сориентиро­ вался в обстановке и затопил печурку ветками, которых около землянки, врытой в склон холма, было предостаточно. Ночь. Огонек печки. Тепло в предосенней темноте. Ночные звуки — шорохи и вскрики. Ночные запахи и движения. Мириады осенних звезд над головой Чучина. Некоторые раздумья и короткий сон в землянке, в живом тепле и совершенной заб­ рошенности. Более всего Чучина почему-то грела и радовала мысль, что никто на земном шаре нынче не знает, где и как он ночует. Это — совершенно непривычное для него состо­ яние — возбуждающе действовало на героя, продолжая приключение, праздник прополки крыжовника в забавном домике кооператива «Меломан». И до утра Чучину было хорошо. И не надо, наверное, как это ты делаешь, в первую же ночь пребывания Чучина на острове обваливать на него всю эту нечисть — домовых бездомных, леших, которые лише­ ны леса, русалок, давно уже ведущих сухопутный образ жизни. Ты торопишься окружить героя всем этим сонмом духов, которые живут на острове, сбредшись сюда потому, что места, где они раньше обитали, теперь скрыты под мутной толщей водохранилища. Ты выбрал наиболее легкий путь, дружище! (О легком пути см. мое предыдущее пись- мо.) С чертями — проще всего. Они и сделать, и сказать могут, что угодно автору. Как гово­ рил классик: черти — слишком пластичный материал для прозаика. Стоило ли вообще горо­ дить огород, чтобы черти твои высказали все свои претензии представителю человечества Чучину, а потом эта нечистая сила вынесла его на твердый берег. И пошел он, что-то там поняв, что-то там переосмыслив, и как-то там иначе решив относиться к живой природе!..