Плитченко А.И., Избранное-2000

И упоминаемый Пушкиным «ныне дикий тунгус» перестал казаться таким, поскольку никогда таким и не был. Не имея грамоты, он не мог многого сообщить о себе, не мог духов­ ное достояние сделать общим. А «небесная грамота» породнила нас, связала, слила культуры, сделав мир Пушкина доступным для народов Зауралья, а мир народов Зауралья доступным для русской души. И благодаря этому, этой единой, теперь уже «сибирской грамоте» — вечные песни тайги и тундры, гор и степей вливаются в нашу поэзию, обогащая ее, интернационализи­ руя, придавая ей новые силы. Эти песни народов Сибири «расширяют пределы российской словесности», и «могу­ щество Российское прирастать будет Сибирью» действительно и по-настоящему только тогда, когда наряду с освоением поверхности и недр земли будут осваиваться и глубины народного духа, будет осваиваться громадный культурный потенциал народов, издревле населяющих родное Зауралье. ст. Сеятель 1980-1983