Плитченко А.И., Избранное-2000

Мы видим его на страницах нашей газеты. Видим и ужасаемся этому видению! Что наши «Бочатские зори»? Провинциальная газетенка с небольшим тиражом, сле­ пой печатью, мизерным гонораром. Увы... Публиковать Ваш гениальный рассказ здесь было бы оскорбительным для Вас, Ваше­ го полотна, для всей мировой литературы. Не убеждайте нас, не спорьте с нами, это бесполезно — мы тверды не только в любви к Вам, но и в своей позиции. Большому таланту — солидное издание! С радостью, что приняли участие, пусть скромное, в деле популяризации Вашего твор­ чества, ибо теперь-то рассказ непременно увидит свет в столице, возвращаем Вам рукопись. Не забывайте нас, Анисим Михайлович». Коля проснулся, поставил дату и подпись... 7 Вася Никитин, утверждавший в кругу товарищей, что на Цейлоне есть крокодилы, к этому времени был уже в глубине казахских степей. Шел он стремительно, не оглядываясь и даже мысленно не обращаясь к Бочатску, где есть еще отдельные граждане, которые тупос­ тью и неосведомленностью своей, а главное — упорством в заблуждении могут довести че­ ловека до крайней решимости. Казалось, сама земля помогала Васе как можно быстрее выйти за пределы города, рай­ она, области, так и катилась ему под ноги, так и летела... На рассвете он увидел над степью серебристую колонну огромной ракеты. У ракеты, исходящей паром, покрытой инеем, было много разного народу. Вася Никитин встал в сторонке, чтобы не мешать, но недолго ему досталось играть роль стороннего наблюдателя. — Чего стоишь? — налетел мужчина в шортах, зеленой безрукавке и панаме.— Быст­ ро на погрузку. Бери бухты и катай в шахты! Два раза Васе не надо было повторять. Скоро его фотография украшала местную Доску почета. Сам Вася был тем временем уже в Ташкенте. 8 Тяжелая дверь молчаливо плыла по Антропке. Течение влекло ее и обгоняло, образуя вокруг маленькие, мерцающие воронки. Дверь вращалась, качалась на перекатах, повторяя рельеф дна. Периодически к ней из глубины подгребали редкие рыбки, щупали ее беззубыми рта­ ми. У Березовки встретилась старая, отяжелевшая от проглоченных в юности кухтеринских бриллиантов замшелая щука и вяло ударила по двери шершавым хвостом. Наличие в Антропке щелочей, кислот и других, не опасных для жизни ингредиентов сперва растворило на всей поверхности двери впитавшийся за долгие годы слой грязи, за­ тем сняло патину с гвоздей и бронзовой литой ручки. Русалка ожила, заплескалась в практически чистой речной воде. Медные гвозди блес­ нули стройными рядами навстречу первым звездам. Выявились все дотоле невидимые гра­ ни незамысловатой изящной резьбы, и дверь быстрее заскользила по вечерней реке в сто­ рону Бочатска. Дверь плыла в ночи. За изгибом русла ее оплеснул колышащийся свет брошенного костра. Пламя чертика­ ми выпрыгивало из-за бревен, белый дым тянулся невысоко над водой, соединял берега, наполняя собою кусты прибрежных ив. Выше уже обозначились туманы. Дверь плыла. В мелких местах она пригибала водянистые стебли камыша, они шур­ шали по доскам и с тихим плеском распрямлялись, роняя капли. Спали травы по берегам, спали травы в воде, крепко закрылись желтые кувшинки, сомкнулись водяные лилии, распластав округлые листья. По их изнанке бродили ушастые