Плитченко А.И., Избранное-2000

Окрыленный успехом, Анисим Михайлович создал за короткий период целый ряд маленьких шедевров, навсегда вошедших в золотой фонд бочатской литературы... Одной из вершин явилось посвящение «Мужчинам, распивающим вино в подъезде дома № 3 по улице Кавалерийской и распевающим (чувствуете игру слов!) после этого песни малохудожественной формы и несолидного содержания». В итоге первый этаж дома № 3, где на втором проживал прозаик, был переоборудован под кафе, со всем вытекающим отсюда. И теперь писатель ежедневно имел возможность прослушивать электрифицированных певцов, исполняющих только те песни, которые были предварительно утверждены непосредственно в управлении общественного питания. Был он рыжим, Как из рыжиков рагу, Рыжим, словно апельсины на снегу. Хохотала над расспросами она, Хохотала над расспросами она, Хохотала над расспросами она, Говорила: шибко ночь была темна!.. Посвящения моментально вошли в моду. Их обилие, а также неразборчивость части литераторов быстро девальвировали прием. Критик Е. Аксенова в статье для «Словаря литературоведских терминов» так оценила этот бочатский феномен: «П(освящения) часто писали в расчете на благосклонность влия­ тельных особ, а то и на вознаграждение...» (Указ. словарь, с. 276). Да, что греха таить, приложили руку к этому делу и своекорыстные люди. Один путем посвящений сводил литературные счеты, писал скабрезные эротические стишки и посвя­ щал их женам противников; другой посвящал стихи самому себе, а подписывал их именами модных столичных поэтов... Постепенно ажиотаж прошел и волна спала, литературоведы исследовали богатый и разнообразный опыт, отделили зерно от плевел, ребенка от воды, которую следует выплес­ нуть, и посвящение прочно закрепилось как добрая традиция в бочатской литературе, тра­ диция благодатная, и грех не следовать ей. И вот — новый рассказ старого мастера, рассказ о том, как в деревеньке одной стали катастрофически вымирать клопы. Ранее обитавшие повсеместно, они скопились теперь в двух-трех избах, выживая из них людей. Клоп-практикант, направленный в деревеньку Н., заинтересовался данным положением, и вот что открылось ему: клопы вместе с кровью дол­ гое время поглощали в этой деревеньке алкоголь и до того к нему пристрастились, что через несколько поколений это зафиксировалось в их генетическом коде. Отныне здоровую кровь пить они не могли и от нее вымирали. Поэтому-то и сконцентрировались в тех избах, где имелась кровь, разбавленная спиртными напитками. Практикант ведет разъяснительную работу среди сельчан, они напрочь перестают пить водку, неполноценные клопы вымира­ ют, тем самым спасая все остальное племя от дурной наследственности. Этому рассказу Анисим Михайлович предпослал следующее посвящение: «Искусст­ венно веселому, химически взбодренному неизвестному гражданину, который продал мне на прошлой неделе подержанную деревянную кровать, в результате чего я не сплю, сильно страдая от клопиных укусов, посвящается...» Коля Козленко коротко глянул на дремлющего Гришу, придвинул чистый бланк и начал писать, на мгновения проваливаясь в сон и даже видя какие-то засасывающие сновидения. Он писал: «Многоуважаемый Анисим Михайлович! Наконец-то Вы осчастливили нас новым произведением! Мы с огромным интересом прочитали этот, если так можно выразиться, маленький шедевр. Он сделал бы честь даже..— Коля проснулся, зачеркнул последние слова и продолжил,— ...маленький шедевр, который еще раз неопровержимо продемонстриро­ вал Ваш мощный талант и знание глубин жизни. Низкий Вам поклон, дорогой Анисим Михайлович! Рядом с Вашей буйной фантазией, искрометной мыслью, жизнелюбием и роднико­ вым слогом трудно что-то поставить из современной прозы. Это произведение эпохально.