Плитченко А.И., Избранное-2000

Темнеет совсем. Только невысокая длинная полоса светлого неба остается над зашед­ шим солнцем. Мастер Паша Учаев, допоздна колдовавший над ванночками с реактивами в своем фотоателье, задерживается у подъезда, любуясь тихим закатом, и становится свидетелем необычного явления. По светлой полосе неба некоторое время плывет воздушный шар. Под ним на невиди­ мых стропах покачивается корзина, и в ней виднеется силуэт маленькой человеческой фигуры. 3 Лектор-любитель Федор Степанович Зобов, как разведчик перед выходом на задание, проверял свое снаряжение перед завтрашней поездкой в Беркуты, где он намеревался в оче­ редной раз доказать несостоятельность мифа о непорочном зачатии. Испытанный портфель легко щелкнул и открылся. Его обширные внутренности со­ держали в строгом порядке все, что было необходимо для наглядного доказательства отсут­ ствия в жизни чего-либо сверхъестественного и для разоблачения некоторых так называе­ мых чудес. Тут был портативный прибор, превращающий любую воду в святую воду, был мини­ атюрный стигматограф, при помощи которого желающие могли обзавестись полноценны­ ми стигматами (желающих не бывало). Лежало в портфеле кое-что из литературы, сборник мудрых мыслей и крылатых выражений, махровое полотенце, мыльница, бритвенный при­ бор и маленькая мясорубка каслинского литья. Зобов извлек ее, проверил комплектность, чистоту прибора и остроту ножей. Мясорубка прямого отношения к тематике не имела, хотя плодотворной работе по­ могала, и даже очень, сопровождая лектора не первый год в поездках по весям родного края. Бочатский крестьянин искони славился своим сокрушительным гостеприимством. Лекция, бывало, только завяжется, не успеет Федор Степанович привести и малой толики неопровержимых доказательств несерьезности тезиса о непорочном зачатии, а гостепри­ имство уже всходит, разрастается, расцветает буйным цветом. В заветной комнатке, таившейся внутри сельской столовой, где-то за общим залом, как таится прелесть молодого здорового тела под фуфайкой и серым халатом скотницы,— в этой комнатке, украшенной чеканкой, керамикой, мозаичными панно на темы сельского хозяйства, в этой комнатке, где всегда отыщется, чем порадовать гостя любого масштаба, уже вчерне, в общих чертах накрыт стол. Веером упала на тарелки твердая колбаса, дремлют темные сизоватые ломтики бас­ турмы, овощи и фрукты сообщают окружающему чистые цвета природы, млеют в холод­ ной сметане густые салаты, колышется заливная рыба с пучком петрушки во рту. Пустые блюда вожделенно ждут обвала горячих пельменей, а сало — возлюбленный продукт сви­ новодства — белыми пластами покоится на узорной дощечке по правую руку от места, пред­ назначенного почетному гостю. Сало — слабость Зобова, его страсть, его мука. Зубы лектора-общественника не соответствовали и качественно и количественно его твердым атеистическим убеждениям, поэтому простые скромные радости общения с дере­ венскими слушателями, а соответственно — с их гостеприимством, могли бы омрачиться, если бы не человеколюбие сослуживцев Федора Степановича. Провожая Зобова с поста экономиста на заслуженный отдых, зная о его сокровенной мечте — нести пламенное слово в глубинки Бочатского края, коллектив Заготконторы по­ дарил своему коллеге портативную мясорубку каслинского литья. Зобов досконально изучил инструкцию по техническому уходу и эксплуатации мясо­ рубки и постоянно брал ее с собою в поездки. На банкетах он привинчивал свой механизм к столешнице и все, что хотелось скушать, предварительно пропускал. Правда, теперь, когда тырышкинский умелец Гриша Стрельников отковал лектору челюсть, потребность в дополнительном приспособлении вроде бы и отпала, но трудно избавляться от привычек. Зобов возил мясорубку с собою уже как амулет.