Плитченко А.И., Избранное-2000

Женщина отложила листки, сняла очки. — Скажи что-нибудь. — Странничек, страшно мне все, что ты тут написал. Может быть, так оно и есть, но ты-то, светлая душа, совсем запутался, испугался — и меня пугаешь... Ты все это написал среди ночи, и читаем мы это среди ночи, а надо бы утром читать... Понимаешь меня? Давай спать. Володя не ожидал такого отзыва, он и прервал чтение только потому, что ему не тер­ пелось послушать, как светловолосая женщина, согревшаяся в постели, тихо и ласково ска­ жет ему: «Не ожидала, честное слово, это лучшее, что ты придумал»,— или просто: «Ты у меня такой умница». И слова ее смешаются с шелестом листвы за раскрытым окном и долго будут плавать в полумраке комнаты. Володя обиделся. Но виду не подал. Женщина рассмеялась. Сказала: — Иди, я тебя перед сном поцелую. Злой-то какой... и на меня злишься... Володя встал, допил коньяк. Внезапно, с последним глотком он почувствовал, что ста­ кан размягчается в его ладони, становится скользким студенистым комком, скользит, вте­ кает в рот. Володя судорожно глотнул. Комок боли пошел по горлу, перехватило дыхание, и мрак вошел в его глаза. Открыв их, ничего не видя, он закричал. — Не шуми. Не мучай меня,— донесся голос светловолосой женщины. Володя понял, что снова, в который раз, стоит на улице у раскрытого освещенного окна. Над цветущей черемухой, над домом, над городом горят полосы вечерних облаков — серебряно и багрово. Володя увидел расплывчатый женский силуэт в комнате. — Мне страшно,— сказал он. — Странничек, сгубил ты меня совсем. И себя губишь. — Мне страшно,— сдавленно крикнул он. Женщина протянула ему в окно початую бутылку вина и ушла в глубь комнаты. Володя прислонился спиной к стене дома и выпил вино тут же из горлышка. И с пустою бутылкой в руке пошел от дома на шум и свет центра города. Он знал, где- то там стоит безобразный стеклянный домик, в котором сидит старая безобразная стару­ шонка, укравшая у него рукописи и пачку сигарет «Ява», и он должен убить эту ведьму. Володя шел быстро, ему ловко удавалось обходить крылатых лягушек, кучами сидев­ ших на тротуаре, перешагивать через спящих, толстых, как бревна червей; наклоняться, проходя под животами огромных безголовых коров... Из-за стволов деревьев высовывались люди в черном и громко кричали ему вслед, угрожая. Он услышал шум над головой, глянул: с крыши пятиэтажного дома, один за дру­ гим, с хохотом прыгали зеленоватые люди и исчезали, касаясь земли... Он искренне удивлялся этому, но желание убить ведьму затмевало все. Наконец Володя увидел безобразный домик, кинулся к нему, крича: «Вперед! С бо­ гом!»,— и взмахнул бутылкой. Домик раскололся вдребезги. Один из обломков больно ударил Володю в плечо и ле­ вый висок... Володя застонал и поднялся. Оглядевшись, он все понял. «Третий топчан от двери... Вытрезвитель... Елки-палки, елки-палки... Значит, вышел из «Альбатроса» и вырубился... А может, там, прямо за столом?» Володя подошел и всмотрелся в спящих, надеясь найти Ивана Николаевича, но обна­ ружил шофера Гену Иванова и зубного врача, которого плохо знал. ГЛАВА ТРЕТЬЯ Подходя к деревне, человек увидел мальчика лет трех, белобрысого, в ситцевой ру­ башке без пуговиц. Мальчик стоял и смотрел на него, готовый убежать, но не убежал и не заревел из любопытства. Человек спросил мальчика: — Ты чей такой? Как зовут? — Ваня.