Плитченко А.И., Избранное-2000

Там, где таятся на дне хаоса — точки тепла, Там, притулившись к печи, старую книгу листаешь, Чувствуешь зыбкость тепла, утлость людского жилья, Чуешь — над крышей избы, и — в бесконечность от крыши — Нет! — не бездонная тьма, нет! — не безмолвный покой: Там — недоступны земным — вздыблены звездные силы, Вал мирозданья встает, движется пласт за пластом, Рушатся бездны миров, мирные выси струятся, Звездная слава гремит — вечная слава высот... Утлое наше тепло, зыбкое наше жилище, Крохотность будничных дел, жизни мгновенность земной, Но непомерно щедра света духовного пища, Тем, кому Богом дано то, что зовется душой. Только живая душа радость познает слиянья С тем, что понять и познать тщимся ничтожным умом, Только живая душа с вечной любовью сольется. Там. И на грешной земле. Только живая душа. СТИХОТВОРЕНИЕ С ЭПИГРАФОМ ИЗ И.А.БУНИНА Вот восстанет бесноватых рать, И, как Мамай, всю Русь пройдет... «Канун» 23.VII. 16 Вороний над родиной грай. Пустынен родительский край. И чахлая рожь догнивает. И вой нарастает, и лай, Напейся — умри — загуляй, Народ на свободе гуляет. Под сенью Кремлевской стены — Могилы, могилы видны — Сожжен или так похоронен — Размноженный прах сатаны Витает над телом страны, Разносится стаей вороньей. Разрушен из прошлого мост, Но тянется, тянется хвост Нечистого, зреет — умножен Губителей наглый погост, И ранами дьявольских звезд От родины Кремль отгорожен. 1990 РАДИЩЕВУ ...где мороз на полнеба пылает, Разгоняя по нарам людей, — Не стозевное чудище лает, А стозевней стократ и лютей. Пушек лай у Кремлевской твердыни Всей земле известил наконец, Что под вечной стеною отныне Будет тлеть бесконечный мертвец. И осиновый домик — гробница Для того обратилась в гранит, Что внутри его нечто хранится, Что душа и земля не хранит. Там лежит, нескончаемо тлея, Самый темный и мстительный царь, В очертаньях его мавзолея Не Пергамский ли виден алтарь? И наивно, но все ж не случайно Верит чистый, как почва, народ — Стоит перекрестить его тайно — Мертвый вскочит и громко заржет! Измытарил он русскую землю, Был татарского ига лютей, Дух его небеса не приемлют, А земля не приемлет костей. 1991 * * * Орут вороны в городе ветвей! И все наглей их праздник и развязней... Есть знак: Ворона чище и сытей, Людская жизнь — Бедней и безобразней. ЧЕРНЫЕ ЛИСТЬЯ Облетают кровавые кроны... И расселись в ветвях поутру, Будто черные листья, вороны На сквозном неуютном ветру. С шумом листьев, с раздольною думой Распрощалась сторонка моя,