Плитченко А.И., Дверь на холме. След мамонта-1988

сам он соединен с землею своими неведомыми корнями. На таких холмах и камни могут расцвести. Откуда они здесь? Не иначе — невзрачные семена камней занесли сюда вечные птицы в бронзовых когтях или великий ветер, обрушившийся на землю в годину таких бед, когда уже и матери перестают плакать. Что там, в глубине, под куполом земляничного хол­ ма? Может быть, крестьянские могилы, весь ушедший мир: кони, телеги, избы, утварь, самовары, прялки, ико­ ны, коровы — кусок мира, мир, достаточный для жизни. .. И для крестьянина — бронзоволикого, приземисто­ го, крепкое тело которого увито тяжелыми жилами, для него — вбиравшего родные просторы светлыми, как ле ­ мех, глазами, для этого пахаря, под руками которого оживала и урожала почва,— что для него земляничный купол холма? Он, зарытый в землю, видит сквозь землю, земля д а в ­ но стала его воздухом. Листва его легких давно дышит землею. По рекам его жил давно текут ледяные струи, насыщенные землей. Он видит густые сплетения корней, ясные созвездия земляничных ягод. Небо его — купол холма — усыпано живыми звездами. Они для него так же недостижимы, как для нас вечные звезды нашего космоса. Крестьянин под куполом холма живет вечно. И если для нас, ныне сущих,— от колыбели до гроба — неизме­ нен рисунок звездного неба (так коротка наша жизнь) , то для крестьянина под холмом вечно рождаются, све­ тятся, умирают и вновь рождаются земляничные звез ­ ды — каждое лето, каждое лето... Ушедший крестьянин видит и нас, теперешних лю­ дей, над куполом своего неба. Мы для него — небожители.