Большое Сибирское турне Д. Бурлюка_Курсанов А. Русский авангард - 2003_с 356-474

4 декабря 1921 в «Искусстваре» состоялся конкурс стихотворений. Жюри присудило первую премию В. Силлову. На состоявшемся тогда же конкурсе эпиграмм премированы были С. Третьяков (1-я премия) и П. Незнамов (2-я премия). По окончании конкурса читали стихи Н. Асе­ ев, П. Незнамов и др .2213 В середине декабря 1921 под руководством Асеева была поставлена трагедия «Владимир Маяковский». Члены группы «Творчество» П. Незнамов и О. Петровская также принимали участие в деятельности «Искусстваря», работая в качестве секретарей словесной и декламационной секций. Кроме того, в нояб­ ре-декабре 1921 В. Силлов, П. Незнамов и О. Петровская участвовали в работе литературного отдела местного Кружка друзей музея и люби­ телей естествознания2214, организуя доклады, диспуты и чтения стихов. В силу государственного статуса «Искусстваря» его организаторы не могли пройти мимо вопроса о взаимоотношении с пролетарским искус­ ством. В ДВР, как и в Советской России, футуризм мог стать офици­ альным только в том случае, если бы его признали «пролетарским искус­ ством». Идеологическим и теоретическим обоснованием этих претензий занимался Н. Чужак. В спорах с оппонентами, воспринявшими в шты­ ки претензии футуристов, группа «Творчество» устроила специальную лекцию-митинг «Футуризм и пролетарское искусство» (21 ноября 1921), состоявшуюся в помещении «Искусстваря» (Большая ул., дом Шувало­ ва). Доклады читали С. Третьяков («Революция искусства») и Н. Асеев («Футуризм в произведениях пролетарских поэтов»)2215. Первым докладчиком выступил С.М. Третьяков. На вопрос, — говорит докладчик, — как смеет футуризм называться пролетарским искусством? — наш ответ таков. Мы себя не называем про­ летарским искусством, по крайней мере, группа «Творчество», но — будучи активными в области искусства, создавая новые формы искусства и рабо­ тая над нахождением идеологической связи жизни и нового искусства, мы можем стать тогда пролетарским, когда наши подходы и методы примет пролетарская психика. Несколько обособленно держится в этом отноше­ нии наш сочлен т. Чужак, который думает, что это условие уже налицо. Что сейчас принято называть пролетарским искусством? Каково оно? Какое требование к нему предъявляется? И при ближайшем рассмотрении узнаем, что ему ставится условие удобопонятности. Но разве так уже обще­ доступен хотя бы «Капитал»? Разве самое требование к искусству, чтоб оно было легко усвояемым и было основано не на творческом преодолении, а на подражании и воспроизведении, не есть нечто, обслуживающее буржуазно­ мещанский уют? Искусство, дескать, сон, отдых, нечто удовлетворяющее наши привычные стимулы, а не претворяющее в конструктивные формы. Во-вторых, самый вопрос о роли искусства в жизни ставился до сих пор несерьезно, ему отводилась, в лучшем случае, педагогическая задача, задача «облагораживания», задача иллюстрации. Это неумение очистить искусство от чуждых ему элементов науки и др. — особенно характерно для пролеткультовских руководителей.