Курс А., Веселый кусок хлеба_Киноведческие записки № 59 - 2002_с 81-109

Август: —Встретили! Воробейник изумленно всматривается в недовольное лицо Августа, делает для себя какие-то выводы и обращает свое внимание к приехавшим. Те сидят и стоят в укоризненных позах, Вернерша впереди. Он приближа­ ется к ним, старается улыбаться и быть развязным, подает руку одному, дру­ гому, получает холодные пожатия в ответ. Воробейник (подтянулся, стал сухим и строгим, Августу):—Встретили, говоришь? Плохо, говоришь, встретили? Испанские бароны приехали... Знают ли они, куда они приехали? Переведи им, Август! Август :—Не переведу. Воробейчик: —Не переведешь? Дрейфишь, Август? Август :—Ты все испортишь, Воробейник. Действительно, свинство. Воробейник: —Ах, вот как? И ты—свинство? Ну... Он резко отворачивается от Августа и чеканным шагом подходит к Вер- нерше. Она удивленно смотрит на него. Воробейник нагибается и берет ее чемодан. Воробейник: —А ну, тетя, раз-два, раз-два... (показывает, как надо ходить). Вернерша начинает улыбаться. Воробейник берет ее под руку, ведет. Вернерша смеется. Вернерша: —Август, кто он такой? Август :—Председатель завкома Воробейник. Вернерша: —Ого! И, гордая, идет. Воробейник (на ходу, оркестру):—Эй, вы, Бетховены, жени на плечи!... Музыканты разбирают чемоданы немцев. Те смотрят сначала удивлен­ но, потом кое-кто начинает смеяться. Идут за Вернершей с Воробейником. Движется процессия. Впереди Воробейник, оживленно разговариваю­ щий с Вернершей при помощи жестов. За ними немцы, оркестранты с че­ моданами. Август идет хмурый. 14 . Клуб. Романченко бушует. Таня чуть не плачет. Ферстер стал на вытяж­ ку. Гибфрид холоден. Гейнце ехидно улыбается. Тогда распахивается дверь и появляется мокрый грязный Воробейник. Ро­ манченко, крича, бросается на него с кулаками. Но вслед за Воробейником по­ казывается улыбающаяся мамаша Вернер и остальные. Шествие, замыкаемое сконфуженным оркестром, наполняет клуб. Романченко хохочет, смеется боль­ шинство немцев. Романченко здоровается с ними, кричит: «Пива!» Топает но­ гами на Таню, которая неодобрительно относится к пиву. Немцы с удивлением рассматривают Романченко: «Неужели и у них директора толстые»? Немцы едят и пьют. Оркестр начинает играть вальс. Молодежь начина­ ет танцевать, посмеиваясь. Старый Вернер здоровается с инженером Гибфридом как со своим зна­ комым. Вдруг Романченко узнает папашу Вернера. Они когда-то вместе работали на заводе в Риге и участвовали в одной забастовке. «Ты с нами,