Сибирские огни, 2023, № 5

167 Елена САФРОНОВА Возможно ли детективное «импортозамещение»? «Женская проза» и детективная проза В поле «женской прозы» (я уже не раз оговаривалась, что употребляю это словосочетание как нейтральный, безоценочный, но безошибочный термин, ука- зывающий на пол автора), вопреки расхожим предрассудкам, достаточно ро- манов, основанных на действии, а не на эмоциях или игре с читателем. В силу широты темы попробуем сравнить детективы двух современных писательниц, достаточно полно представляющих жанр. Я имею в виду Джоан Роулинг и Елену Михалкову. Способна ли Михалкова «импортозаместить» британскую коллегу? Выбираю эти два имени из возможного массива по причинам «две в од- ной». Оба автора, несмотря на принадлежность к прекрасному полу, не делают свои детективы «женской прозой», то есть не насыщают их семейно-любовны- ми проблемами в ущерб детективной составляющей. Роулинг пишет детективы под мужским псевдонимом Роберт Гэлбрейт, и они достаточно «брутальны». Михалкова, кстати, тоже не настоящая фамилия автора. Для неё, как и для Гэлбрейта, детективное начало — на первом месте, а взаимоотношения героев с героинями — примерно на десятом. Тогда как в подавляющем большинстве об- разчиков детективного жанра, созданных россиянками, над собственно рассле- дованием доминирует антураж и любовная линия. Таких «гламурных», любов- ных и даже эротических детективов в современном отечественном исполнении выходит так много, что жанр теряет «родовые черты»: закрученную интригу, динамичный сюжет, процесс постепенного вычисления злодея/первопричины злодейства, улики, рассеянные по тексту, и финальное торжество правопоряд- ка над преступлением, то есть добра над злом. Как пример полного искажения жанра я приводила межавторский сборник «Эксмо» «Детектив-путешествие» 2019 года. Дальние страны, экзотические пейзажи, соблазнительные путеше- ственницы и найденные в поездках возлюбленные на фоне решения детектив- ных загадок «впроброс» произвели на меня такое скверное впечатление, что я перестала читать подобные сборники. Хотя в «нулевые» они были весьма ин- тересны и давали животрепещущие срезы творчества современных российских детективщиков... Может быть, виноваты не столько авторы, сколько издатель- ская политика. А вероятно, тут, как в даосском философском понятии «великий предел», изображаемом контрастными черно-белыми рыбками в круге, переме- шаны причины и следствия. Поэтому невозможно определить, с чего началась деградация российского детектива XXI века. Для меня она, увы и ах, стала непреложным фактом. Елена Михалкова — одна из немногих российских писателей, не изменя- ющих детективу как жанру. Это роднит ее с английской коллегой, как и тот факт, что в обеих сериях действуют частные детективы. Если для Запада это едва ли не классическая фигура детективного мира, то для России она нетипич- на. Может быть, в этом и секрет обаяния дуэта Макара Илюшина и Сергея Бабкина. И еще одна важная деталь: обе дамы-писательницы сделали своими героями мужчин. Считается, что персонаж похож на своего создателя. Наши авторы действовали от противного — формировали образы как можно более далекие от себя. Здесь я бы вспомнила «остранение» писателя, литературоведа и критика Виктора Шкловского применительно к легкому жанру («...не при- ближение значения к нашему пониманию, а создание особого восприятия пред- мета, создание “ви́дения” его, а не “узнавания”». — Ред. ). В январе 2019 года Михалкова рассказала в интервью порталу «Ревизор.ru», откуда взялся ее дуэт сыщиков: «После института я работала в РОВД. Двое